Было время, когда русский фольклор жил своей собственной жизнью. Он не подчинялся указам, не отчитывался перед министерствами и уж точно не писал хвалебных од вождям. Былины про Илью Муромца, Добрыню Никитича и Алешу Поповича передавались из уст в уста, обрастали деталями, теряли одни подробности и приобретали другие — и в этом был их главный закон: фольклор не знает автора, он рождается из самой толщи народной жизни. Человек в деревне, на досуге, рассказывал историю так, как слышал от деда, а дед — от своего деда...