Булгаков начал этот роман, когда в стране гремели громкие процессы, а цензура вычёркивала из жизни всё живое. Сначала это был просто сатирический памфлет — про чёрта, который приехал в Москву и устроил в ней переполох. Героев тогда было меньше, любви не было вовсе, а Воланд был скорее злым фокусником, чем философом. Но жизнь вмешалась. Булгакова запретили, его пьесы снимали с репертуара, его травили в газетах. Отчаявшись, он собственноручно бросил в печь черновик — и этот жест потом отзовётся в книге, когда Мастер, сломленный травлей, будет сжигать свой роман...