В бумаге за подписью Майи Плисецкой звезда Большого признавала, что «болтала языком». В 1959 году балерина обратилась к Никите Хрущёву с покаянным письмом, а весной получила право ехать с Большим театром в США. О письмах, которые до этого уходили без ответа, она сама рассказала в книге «Я, Майя Плисецкая» — и её рассказ звучит иначе, чем текст покаяния. Плисецкая не просила о роли и не спорила о гонораре. В письме она объясняла, что вела себя «из рук вон неправильно», не понимала ответственности артистки Большого театра и слишком свободно разговаривала с иностранцами на приёмах...