Задолго до того, как Вирджиния Вульф подарила миру знаменитое эссе, она на собственном опыте узнала, как мучительно трудно рождается проза под пристальным взглядом викторианской гостиной — где мысль вечно прятали под промокательную бумагу. Комната была не просто помещением. Она была условием, предпосылкой, почти метафизическим пространством, без которого невозможен был сам акт творения. И когда мы говорим о писательнице, чье имя стало символом модернистской прозы, чьи романы перекроили карту литературы XX века, мы неизменно возвращаемся к образу этой комнаты...