Люб, я тебя умоляю. Мне больше не к кому. Светка сидела у меня на кухне и плакала. Настоящими слезами — тушь текла, нос красный, руки тряслись. Я смотрела на неё и думала — двадцать лет дружбы. Со школы. Она была свидетельницей на моей свадьбе. Я крестила её дочку Настю. Двадцать лет — это не просто подруга. Это почти сестра. – Маме нужна операция. На сердце. В Москве, в Бакулева. По квоте полгода ждать, а врач сказал — нельзя ждать. Платно — пятьсот тысяч. Пятьсот тысяч. У меня на счету было пятьсот восемьдесят...