В морозный январь 1788 года по паркету Зимнего дворца шла девушка в скромном белом платье с голубой лентой фрейлины. Её звали Варвара Николаевна Энгельгардт, но не та, знаменитая племянница князя, а её дальняя родственница, о которой историки вспоминают редко. Варваре было девятнадцать. За её плечами стояло небогатое смоленское имение, отец, погибший под Очаковом, и мать, которая умерла родами. Всё её приданое умещалось в двух сундуках. А напротив неё, в тот январский вечер, стоял человек, перед которым замирала половина Европы...