Ледоход на реке начался ночью. Сначала раздался гулкий пушечный треск, от которого в окнах задрожали стекла, а потом — непрерывный скрежещущий шум – будто тысячи жерновов перемалывали камни. Светлана не спала. Она сидела за кухонным столом, перед ней стояла трехлитровая банка с речной водой (для настройки на «клиента»), свеча и открытый ноутбук, который ловил слабый сигнал мобильного интернета. На экране была карта местности со спутника. — Значит так, — говорила она Мефодию, тыкая ручкой в экран...

По тропинке, заросшей травой, неуклюже, припадая на искусанную ногу, хромал небольшой кабан. Неподалеку лаяла собака. Вепрь постоянно вертел рылом, из раны на боку сочилась кровь. Зверь вышел на песчаный берег, поросший тонкими, молодыми ивами. Измученно хрипя, сделал пару шагов и опустился в прохладную воду озера. Кабан облегчённо захрюкал — он не знал, что на него направили дуло карабина. Грохнул выстрел. Вепрь завопил и, дёрнувшись в конвульсиях, замер. Озёрная гладь окрасилась в багрянец. — Есть! Наконец-то! — Воскликнул ходаг, спускаясь с дерева быстро, точно леопард...