Разбудило Дуню смачное чавканье - спиной к ней за столом сгорбилась внушительных размеров фигура, с жадной торопливостью поглощающая что-то из горшка. Ни Липовны, ни щурка рядом с фигурой не просматривалось, и Дуня решила, что их голоса ей причудились во сне. Стараясь не шуметь, Дуня уселась на лавке, и фигура как почувствовала - обернулась, утирая рот рукавом рубахи. Икнув, поднялась во весь свой огромный рост и, поклонившись, пророкотала: - Благодарствую, матушка. К жизни меня вернула! Отогнала...