Полина полоскала в тазу тяжелые льняные занавески на летней кухне, когда из приоткрытого окна веранды донесся глухой, настойчивый шепот свекрови. — Ты пойми своей пустой головой: пока эта пиявка здесь прописана, я по ночам глаз сомкнуть не могу, — втолковывала Клавдия Степановна. — Вдруг прихватит меня с сердцем? Она же в суды побежит, станет свои права качать! А сталинка эта от деда твоего осталась, она только тебе достаться должна. Полина замерла, не выжимая мокрую ткань. Вода с шумом капала обратно в оцинкованный таз...