Климент лежал на диване лицом к стене и рассматривал обои. В одном месте рисунок не сходился: букет роз обрывался на середине, а рядом начинался другой, светлее и мельче. Этот стык он изучал уже второй час, потому что смотреть больше было не на что. Палец на правой руке распух и потемнел, кожа на нём натянулась до блеска. Он жил отдельно от хозяина: бился в своём ритме, не совпадающем с пульсом, и каждый толчок отдавался в запястье, потом в локте, потом за ухом. О пальце Климент старался не думать и потому думал о нём постоянно...