Почему за одни картины хлопают стоя, а за другие — надевают наручники, а холст иногда превращается в улику, а художник — в подсудимого? Ответ, кажется, простой: искусство становится опасным, когда перестаёт быть украшением. Когда вместо того, чтобы радовать глаз, оно заставляет думать, злиться, сомневаться. И вот тогда начинается самое интересное. Эта история не о скандалах ради славы. Она — о границе. О той тонкой линии между свободой и табу, на которой художник рискует всем, чтобы сказать то, что нельзя было сказать словами...