— Аня, ты меня слышишь? Я спрашиваю, почему ты не ешь суп. Валентина Петровна сидела напротив дочери, выпрямив спину так, словно к позвоночнику приставили металлический стержень. Ложка в ее руке двигалась бесшумно, не задевая края тарелки. На скатерти кремового цвета не было ни единой складки. За окном просторной кухни медленно кружил редкий снег, хотя на календаре значился конец марта. Погода в этом году не торопилась радовать теплом. Анна смотрела в свою тарелку, на прозрачный бульон, в котором плавали аккуратные кружочки моркови и мелко нарубленная зелень...