Она согласилась рассказать свою историю — но только анонимно. Говорит, в Борисове ее хорошо знают. А может, просто стыдно, что жизнь сложилась вот так. Сегодня у Анны (имя изменено) нет дома, почти нет зрения, нет трудовой пенсии и нет чёткого понимания, что будет завтра. Есть только временный угол в отделении социальной адаптации — и мысли о том, как всё могло бы быть иначе. Она то и дело возвращается в прошлое, перебирает его, как чётки, и сама себе задаёт вопросы, на которые уже нет ответов. Как...