Стук в дверь прозвучал не как просьба, а как приговор — три отрывистых, железных удара, разорвавших тишину июльской ночи. Мария, мгновенно проснувшись, узнала в этом звуке всё: конец их счастья, начало кошмара. Её пальцы вцепились в рубашку мужа, а сердце замерло, будто уже чувствуя ледяное дыхание той бездны, что сейчас распахнётся на их пороге. Тот июльский вечер 1937 года в селе Новостепное был таким тихим и ясным, что казалось, сама вечность приникла к земле, чтобы услышать шепот колосившейся пшеницы...