Каждому русскому человеку с детства знакомы великолепные сказки Александра Сергеевича Пушкина, удивительные и чудесные по своему сюжету и литературному слогу, но мало кто знает что даже сказки «солнца русской поэзии подвергались цензуре». Да и Пушкин был вовсе не так прост как может показаться, не зря же он сказал о себе: «Ай да Пушкин, ай да...» ну дальше вы знаете. Казалось бы безобидная детская «Сказка о золотом петушке» 1834 года подверглась политической цензуре. Последние две строки сказки: Сказка ложь, да в ней намек! Добрым молодцам урок...
Практически в каждом языке мира присутствуют «нелицеприятные» выражения. Несмотря на то, что негласная борьба с матом велась с незапамятных времен, блокировку нецензурщины в социальных сетях «в штыки» восприняли только наши соотечественники. Тем не менее, русскому люду к цензуре не привыкать. Первое подобие контроля появилось еще при Петре I. Правитель первым начал читать (и пресекать) те письменные сведения о себе, которые напоминали клевету, слухи и пр. «Компромата» на Петра придумывали: начиная от того, что он был подменен при рождении, и заканчивая тем, что он – слуга Дьявола...