— Ты понимаешь, что я могу сделать так, что вас выселят за одну неделю? — произнесла она тихо, почти ласково. И именно эта тихая ласковость была страшнее любого крика. Надя стояла на пороге собственной съёмной квартиры и смотрела на женщину, которая занимала весь дверной проём своим телом и своей уверенностью в том, что здесь её власть и её правила. Нина Аркадьевна. Соседка сверху. Пенсионерка с тридцатилетним стажем проживания в этом доме, с тремя соседями на счету, которые сбежали раньше срока, и с репутацией человека, который умеет ждать и умеет давить — методично, без спешки, с улыбкой...