Катушка с нитками лежала на подоконнике с прошлой недели. Обычная катушка — белая, дешёвая, из хозяйственного магазина у метро. Галина Петровна принесла её сама, без спроса поставила рядом с Надиным фикусом и как бы невзначай сказала: «Пуговица у Серёжиной рубашки болтается. Думала, ты заметишь». Надя заметила. И пуговицу заметила, и нитку, и то, как свекровь произнесла слово «думала» — с лёгким вздохом, будто заранее зная, что невестка не справится. Надя взяла рубашку мужа, пришила пуговицу ровно и крепко, убрала катушку в ящик комода...