— Ты же понимаешь, что эта квартира никогда не была твоей? Наташа услышала эти слова в пятницу вечером, стоя у плиты с деревянной ложкой в руке. Борщ тихо булькал, пахло лавровым листом и укропом, за окном шумел дождь. Всё было как всегда. Кроме этой фразы. Она медленно обернулась. Свекровь Зинаида Павловна стояла в дверях кухни в своём неизменном бежевом халате и домашних тапочках с помпонами. Руки сложены на груди, подбородок чуть приподнят. Такой Наташа видела её каждый раз, когда та приходила «навестить сына»...