Он вышел из дома и хлопнул дверью так, будто ставил точку. За спиной — жена, взрослая дочь и двадцать один год общей жизни. Впереди — гастроли, сцена, новая женщина и ощущение, что всё только начинается. Я смотрю на эту историю без сантиментов: в 54 можно стать отцом, но нельзя отменить то, что уже сделал. В конце восьмидесятых его голос гремел на стадионах. «Рондо» сравнивали с западными легендами, ему приклеили ярлык «русского Рода Стюарта», и он с этим жил — в гриме, в лосинах, с драм-машиной, когда другие ещё боялись отходить от эстрадного канона...