— Мамочка, ну ты сама понимаешь, что Надя немного... особенная, — Игорь произнёс это тихо, заговорщически, прямо у неё за спиной. — Ей нужно время, чтобы привыкнуть к нашим порядкам. Надежда стояла в дверях кухни и слышала каждое слово. Чайник в её руках стал вдруг тяжёлым, почти неподъёмным. Она смотрела в узкую щель между дверным косяком и приоткрытой створкой и видела их обоих: мужа, склонившегося к матери с видом нашкодившего мальчика, и свекровь — Галину Петровну — с выражением мученицы на лице, которая молча кивала и промокала сухие глаза уголком передника...