Рыжие рассказки | Настоящая Турция и не только

Штош, возложенные на второй полуфинал надежды оправдались лишь частично. Было бодрее, веселее, чуть отвязнее. Несколько исполнителей прогулялись в оперные верхи, кто-то смелее, кто-то осторожнее: последние пару лет эта тема особенно в фаворе, иногда доводит до победы...

Вынуждена констатировать: сколько ни прячься от Евровидения, сколько ни пытайся забыть про него, оно всё равно настигнет меня – достанет из информационного небытия и будет допрашивать с пристрастием, почто...

*Чтобы не оставлять вас без обещанного "десерта", мне пришлось привлечь всех внутренних литературных негров, пообещав им жареного опоссума с картошкой, и соблазн сработал* Итак, в финале выяснилось, что Старушка Швейцария хоть и блюдет рьяно приличия, но при случае на время может выкинуть их и своё морщинистое коленце, дав понять, что не надо недооценивать Бабушку и раньше времени списывать ее со счетов шоумейкеров. И я сейчас даже НЕ про бывшего победителя Немо, открывшего гранд финал в образе фрейлины...

Итак, в эфире снова «Прожектор Евровидения» – для тех, кто пропустил второй полуфинал главного мракобесенного конкурса или вовсе пожалел свои глаза и нервы. На ваше счастье существуют мазохисты-альтруисты, вроде меня, готовые безвозмездно, то есть даром, освещать то, куда лучше не наступать. Особенно если у вас нет персонального или штатного 'овночиста. Хотя, правды ради, это Евровидение оказалось самым негрязным в новой истории, за последнюю четверть века точно. Очевидно, страны-участницы решили...

Обычно каждый год я жду Евровидение: это фрик-шоу больше 15 лет является для меня одним из главных поставщиков трешанины, без которой современная музыкальная культура – как завтрак упоротого ЗОЖ-ника. А в этом году я напрочь забыла про Европесню: в последнее время в мире предостаточно другого кринжа, не менее отборного. Но преданные поклонники моих обзоров накануне Дня Х насильно вернули меня на рельсы здорового сарказма: мол, нельзя просто взять и скинуть возложенные на меня ожидания. Назвалась мухомором, Лизавета, отрави хоть кому-нибудь жизнь, как говорится...