Лилия Загоскина | Продажи с инструкцией

— Ну давай ещё раз, – сказала Катерина. — С самого начала. Аня отложила мешок с кремом. На её пальцах остались следы розового. Она вытерла руки о фартук – медленно, давая Катерине время передумать. — Слушай, ну сколько можно? Четвёртый раз уже. Глазурь нормальная. — Нормальная? – Катерина наклонилась к торту. – Вот здесь. Видишь? Пузырёк. Аня посмотрела. Пузырёк был размером с булавочную головку. Под слоем глазури – почти невидимый. — Я его не вижу, честно. — А я вижу. Переделай. Аня вздохнула и взяла шпатель...

— Ирина Петровна, ну сколько можно? Опять вы этот журнал от руки заполняете? Артём Сергеевич не повышал голоса. Он вообще никогда не повышал голоса – это было бы слишком просто, а он предпочитал сложные решения. Ирина не подняла глаз. — Так быстрее. Она действительно так думала. Двадцать семь лет в этой конторе – пять директоров, одна война в самом начале, два дефолта – и всегда был журнал. Общая тетрадь в твёрдой обложке, которую она вела сама, своим почерком. Ровным, читаемым. Молодой менеджер по развитию появился полгода назад...

— Ксюш, ну что там? Узнала? Лариса Петровна подошла к столу ровно в обед. — Да погоди ты. Дай хоть день-то. — День? Дорогая, у нас тут не институт благородных девиц. Она подмигнула и пошла к себе. Ксения смотрела ей вслед – три года назад она пришла сюда тихой девочкой с дипломом и амбициями. Первые месяцы сидела молча, делала отчёты, не поднимала глаз. А потом поняла: в этом офисе молчание – не золото. Молчание – это пустота. Тебя просто не замечают. И она начала говорить. Сначала по мелочи – кто с кем обедал, кто опоздал, кто плохо отозвался о начальнике...

— Ирочка, ну у нас же тут семья, верно? Ярослав Васильев стоял в дверях моего кабинета с тортом в руках. Медовик. Я кивнула. Как всегда. Мне тридцать восемь, и восемь лет я работаю бухгалтером в этой фирме – небольшой конторе на третьем этаже бизнес-центра. За восемь лет я выучила Ярослава Васильева лучше, чем хотела бы. Знаю, что ему пятьдесят два, что живёт он один в двухкомнатной на Ленинском, что обручальное кольцо на его пальце – память о браке, который закончился девять лет назад. И что каждое утро он приходит в офис на десять минут раньше всех...