ПВГЧат

стол." Старая советская школа перевода, несколько редакторов...

Над каждою могилою не будем слезы лить. Беду-судьбу лохматую устанем проклинать И жизнь свою сломатую не станем поминать. Мильонов мы не нажили, до звезд не добрались. Но взяли и отважились, сошлись и собрались. А значит продолжаются веселые года, И где-то разгорается далекая звезда, Закутана, замотана туманами потерь... Когда еще взойдет она! Но ты, товарищ, верь. Товарищ, верь! Мы сильные и смелые, мы спорим и шумим, Мы ничего не делаем и много говорим. И все идет по-прежнему - лови, плыви, живи! А в нас тоска по нежному и хочется любви. Ни муками, ни ласками не дарит нас она, И в небе - ну...

Это реальный анекдот из конца 30-х, дед рассказал. Тогда в их лагерь законопатили несколько "испанцев", от них он и слышал. Сцуко. Дед, в отличие от многих молчаливых ветеранов, довольно много рассказывал и про дореволюционную жизнь, и про гражданскую, и про лагеря, и про Отечественную. Причём, что важно, он _никогда не врал_ (кержацкие корни, чо). И почему я, мудак, за ним не записывал? Многое помню - но, наверное, многое и забыл/упустил/пропустил...