Кубельвиль

Музыкант вышел из дверей операционной, лихорадочно выискивая взглядом проводника, и заметил его, спокойно спускающегося по лестнице из шлюза кабинета Зарубина с кружкой дымящегося кофе в руке. — Они закончили, командир! — на ходу крикнул парень, и на его лице впервые за долгое время появилась слабая улыбка. — Кожухов говорит, что показатели стабилизировались. Заживление легкого идет отлично, «Душа» делает свое дело прямо на глазах! — Это хорошо... Очень хорошо, — тихо, как-то совсем без энтузиазма проговорил уставший Хмурый, делая глоток...

Шурупа бережно перенесли в лабораторную комнату и уложили на операционный стол из нержавеющей стали. Профессор Кожухов тут же принялся лихорадочно подключать портативную аппаратуру, чтобы следить за падающими показателями давления и пульса. Монитор жизнеобеспечения тревожно и прерывисто пищал. Зарубин тем временем натягивал стерильные латексные перчатки. Его руки всё еще заметно тряслись, а зубы стучали от страха. — Нужны... нужны инструменты! — срываясь на хрип, проговорил он. — Они в правом углу,...

Хмурый с Карасем зашли в герметичный шлюз. Механизмы отшипели, сработал автоматический дезактиватор, обдав сталкеров облаком пара, и тяжелая внутренняя створка открылась. Бойцы шагнули в просторный панорамный кабинет Профессора Зарубина. Это место, откуда ученый годами наблюдал за своим биологическим зверинцем, сохранило следы былой роскоши. В центре возвышался массивный рабочий стол из дорогого темного дерева, заставленный высокоточными приборами и стопками архивных папок. Повсюду на металлических стойках мерцали экраны мониторов Айи, которые теперь один за другим покрывались рябью...

Хмурый с Музыкантом аккуратно, стараясь не тревожить пробитую грудь товарища, бережно подняли Шурупа на руки и понесли прочь из залитой кровью столовой. Карась, сильно прихрамывая, но намертво сжав зубы от боли, шел позади и прикрывал их тыл, водя стволом FN2000 по темным углам. Инженер дышал совсем мелко, прерывисто и тяжело, с каждым выдохом на его губах пузырилась алая пена. Вынеся раненого в огромную круглую главную комнату, сталкеры осторожно положили его на чистый пятачок бетона около массивной колонны...