Писатель Юлия Крынская

Аннушка Красивый зараза, и даже хромота ему идёт, добавляет таинственности, что ли, к его вальяжной брутальности. Этакий граф Де Пейрак[1] нашего времени. Только свою кучу денег Майкл Великолепный, он же Михаил Поднебесный, заработал клюшкой, а не алхимией, и ездит он не в карете, а на крутом авто. Вон как оно отливает лаковым боком на солнце, решившим выглянуть в начале января. Не иначе затем, чтобы тоже полюбоваться на мачо нашего квартала! Бери выше, Ань! Страна знает своих героев. Слежу из-за занавески за соседом из окна своей коммуналки...

«Аль, а у вас всё хорошо с Борисом?» — сообщение от Татьяны застаёт меня врасплох посреди спальни. Седьмого марта я никогда не жду мужа рано с работы. Вот уже который год он устраивает праздник для своих сотрудниц. Перечитываю сообщение подруги, которая не первый год работает в отделе бухгалтерии «Лидер-Строй» — компании, которая принадлежит моему мужу. Собираю пальцами на груди ворот шёлкового длинного халата, ощущая во всём теле непонятную дрожь. «Почему ты спрашиваешь?» — отвечаю вопросом на вопрос...

Анна стояла перед зеркалом в прихожей и в очередной раз поправляла гладко уложенные волосы. Её взгляд задержался на отражении, рассматривая черты лица, которые она так любила. Внешне она казалась уверенной и сильной женщиной, но внутри всё горело от боли и обиды. Сегодня был день её рождения, и вместо радостного предвкушения праздника, она ощущала лишь пустоту и разочарование. Дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошёл Сергей, её муж. Он был одет в строгий костюм. Супруги собирались на ужин с партнёрами по бизнесу Сергея...

Марина вышла замуж рано, сразу после школы. Ее избранник, Олег, был старше на десять лет и работал в престижной компании. Через несколько месяцев после свадьбы они переехали в новую квартиру, которую Олегу подарила его мать, Надежда Ивановна. Марина быстро освоилась на новом месте, завела друзей среди соседей и устроилась на работу. Все шло гладко, пока однажды Марина не узнала, что Олег изменяет ей с молодой коллегой. Обман раскрылся случайно, когда Марина обнаружила в его телефоне подозрительные сообщения...

Он не помнил, как всё началось. Да и началось ли вообще? Возможно, он был здесь всегда, даже до того, как стал существовать сам мир. Здесь не было времени, не было прошлого и будущего. Только вечное настоящее. Он бродил по бескрайним просторам, которые были одновременно всем и ничем. Эти просторы казались ему бесконечными, но в то же время они были заключены внутри него самого. Как это возможно? Наверное, так и должно быть. Это был его мир, и он был его частью. Или наоборот? Иногда ему казалось, что кто-то наблюдает за ним...

Вера и её молодой человек Андрей стали чаще пересекаться на линии фронта. Они старались использовать каждую возможность для коротких разговоров и случайных встреч. Но война не давала им времени на долгие беседы. Как-то раз, возвращаясь после очередного задания, Вера обнаружила записку, прикрепленную к двери ее машины. Открыв листок, она прочитала аккуратно выведенные буквы: «Сегодня в полночь, старый мост». Её сердце забилось сильнее. Это было приглашение от Андрея. Он предлагал ей встречу, где бы они могли побыть вместе без войны вокруг...

Встреча на линии фронта Вера сидела за рулем скорой помощи, крепко сжимая руль обеими руками. Этим августом жизнь жителей Курской области разделилась на до и после. Ветровое стекло было испещрено трещинами от осколков снарядов, но она продолжала ехать, несмотря ни на что. В салоне стояли крики раненых, которых они везли в госпиталь. Вера взглянула в зеркало заднего вида, встретившись глазами со своим отражением. Усталость читалась в ее глазах, но лицо оставалось спокойным и решительным. Она не могла позволить себе потерять контроль над ситуацией...

Ольга устало откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Еще одна долгая встреча позади. Завтра снова нужно быть готовой к новому дню, полному бумажной волокиты и телефонных звонков. Но сегодня она заслужила отдых. Когда она открывала дверь своего кабинета, то заметила, как кто-то в спешке выходит из лифта. Высокий, статный мужчина. Его карие глаза блестели азартом, а улыбка освещала весь коридор. Он явно куда-то опаздывал. — Простите! — крикнул он, не заметив Ольгу. Его портфель задел ее плечо, но она успела увернуться...

Дорогие читатели! Я собиралась в отпуск и последнее время не было времени на новые рассказы. Но зато у меня появилась возможность поделиться с вами приобретённым опытом. Хотите взять питомца в полёт? Я теперь знаю, как это сделать У меня был единственный приемлемый вариант — взять чихуахуа Романа в салон самолёта. Иначе наши сердца не выдержали бы — ни моё, ни его. Начну с самого важного. В салоне самолёта одновременно могут лететь не больше двух питомцев. Слышала от знакомого хэндлера, что если уже кто-то забронировал место коту, то вторым питомцем может быть только кот...

Таня смотрела на врача глазами, полными ужаса. — Что значит «избавиться»? Врач отложила ручку и сняла очки. — Говорю же вам. Плод не развивается. — Это ребёнок. Мой ребёнок. И он живой! — Будете ждать, пока он замрёт? Хотите потом осложнений со здоровьем? Таня прижала руки к животу и встала. Голова закружилась. Стены поплыли перед глазами. Таня схватилась за стол. — Но ведь можно ещё что-то сделать? — Хотите потом всю жизнь мучиться? Аборт на позднем сроке грозит не только бесплодием… — Аборт и на раннем сроке бесплодием грозит...

НАЧАЛО ИСТОРИИ Матвей ошарашенно смотрел на экран телевизора, а диктор монотонно вещал уже о других происшествиях. Матвей сжал руками виски и зажмурился. Что теперь делать? Кристина сбежала от мужа, да ещё просила не связываться с её матерью. Матвей прошёлся по комнате, укрыл получше Катю. Барс заворочался в вольере, и Матвей отправился на кухню за едой для него. Взгляд упал на пиалу с недоеденной кашей. — Что делать, что делать? — проворчал Матвей, доставая телефон. — Для начала купить еды ребёнку...

Дверной звонок вытащил Матвея из постели. На улице завывала метель, на электронном табло часов зелёным светилось 6:00. За стеной соседи, круша мебель, привычно скандалили до четырёх утра. К ним часто приезжала полиция, поэтому Матвей не удивился раннему визиту, решив, что это снова явился участковый. — Кристина? Ты откуда? — Матвей уставился на бывшую невесту с фингалом и девочкой лет пяти, державшей её за руку. — Это твоя дочь? — Это твоя дочь! Можно мы войдём? — Да, конечно! — Матвей посторонился, ошарашенно глядя то на Кристину, то на девочку...