Кот в Мешке. Истории для всех.

— Бабушка, посмотри, как метёт! Завтра на ярмарку не проедем? — Проедем, Илюша, обязательно проедем, — мягко ответила Мария Петровна, поправляя съехавший на плечи шерстяной платок. — Мороз нам не помеха, лишь бы ветер к утру утих. А Савраска дорогу знает, он нас по любому снегу вытянет. — Я так хочу посмотреть на резные игрушки! И ты обещала купить мне леденцов на палочке, — мальчик прижался лбом к холодному стеклу, за которым кружилась белая пелена. — Куплю, родной, всё куплю. Ты только от окна отойди, дует там сильно, простудишься ещё...

Глухая тайга не любит суеты. Она вообще людей не особенно жалует, терпит лишь тех, кто умеет слушать ее тяжелое, смолистое дыхание. Когда мой дед Прохор, знаменитый на весь район пасечник и охотник, тихо ушел в мир иной, мы с матерью приехали в его деревню Черный Ключ, чтобы вступить в наследство. Деревней это место можно было назвать с большой натяжкой — два десятка дворов, раскиданных по берегу темной, незамерзающей даже в лютые морозы реки, да бескрайний кедрач, подступающий прямо к огородам...

— Дед Захар, ты в своем уме? — голос соседа Степана дрожал то ли от трескучего январского мороза, то ли от неподдельного внутреннего возмущения, эхом разлетаясь по заснеженному двору. — Она же снова там топчется! Огромная, как гора. Вчера соседский паренек с лесопилки возвращался, чуть дара речи не лишился. Надо гнать ее, Захар! Собаками шугнуть, шумом отпугнуть, иначе беда придет в наши края. — Не придет, Степан, — спокойно и глухо отозвался старик, не отрываясь от починки старых деревянных саней, методично поправляя расшатавшийся полоз...

— Мария Ивановна, мы ведь заблудились? — тихо спросила маленькая Аня, кутаясь в промерзший шерстяной шарф, который уже покрылся жесткой ледяной коркой. — Нет, милая, просто немного сбились с тропы, — ответила учительница, хотя голос её предательски дрожал от пронизывающего ветра и подступающей тревоги. — Держитесь за руки, ребята. Идем плотнее. Ваня, встань замыкающим, следи, чтобы никто не отставал. — Я слежу, Мария Ивановна, — отозвался мальчик, пряча покрасневшее лицо в воротник старой дедушкиной штормовки...

— Ты только обязательно передай привет медведям, пап. И зайцам тоже, — серьезно произнес маленький Ваня, протягивая отцу пушистую вязаную варежку. — Медведи сейчас крепко спят, сынок, под теплым снегом, — мягко улыбнулся Михаил, приседая на корточки и поправляя шарф на шее ребенка. — А вот зайцам непременно передам. И лисицам, если встречу. — И волкам, — добавил мальчик, не сводя с отца огромных, полных доверия глаз. — Волки ведь тоже хорошие, просто они всегда одни. Им бывает холодно. — Хорошо, и волкам, — согласился водитель, обнимая сына...