Семейная драма

Я никогда не забуду тот вечер, когда мы с мужем Колей впервые ехали к моей маме на день рождения вместе. Женаты были всего три месяца. — Лен, может, цветы купим побольше? — спросил Коля, притормаживая у цветочного. — Да хватит и букета, мам у нас простая, — отмахнулась я. А вот мама оказалась не такой уж простой. Открыла дверь, глянула на нас и выдала: — Где подарки? Ах, вы принесли только аппетит? Тогда дверь там. Я думала, она шутит. Но мама стояла, держась за ручку двери, и улыбка у неё была какая-то деревянная...

— Я всё. Поняла? Надоело скрывать. Два года на две семьи живу. Ухожу. Лариса держала в руках дуршлаг. Вода в раковине шипела, как чайник, хотя чайника никто не ставил. На столе стояла миска с недоваренными пельменями, и от неё тянуло таким унынием, будто праздник отменили. — Ты… что сейчас сказал? — спросила она не громко, как в поликлинике, когда пациенту нельзя волноваться. Виктор стоял в коридоре. Не в куртке. Без сумки. Как будто просто вышел вынести мусор и передумал. Лицо у него было уставшее, и это больше всего бесило: будто он не виноват, а просто замотался...

— Ну что, довольна? — брат стоял посреди кухни, глядя на нее как на чужую. — Сервиз забери, мамин любимый. Всё, как она хотела. Марина поставила чашку в раковину, вода плеснула, зазвенела о фарфор. Сервиз стоял на полке, тот самый — с голубыми цветами, потёртое золото на краях. Годы стоял без дела. Как будто ждал, когда жизнь снова пройдёт мимо. — Мамин любимый, — повторила она тихо. — Ты бы хоть на похоронах не говорил так. — А что? Я всё по-честному делю. Что в завещании — то и будет. Он даже не пытался скрывать раздражение...