Жизни книжный переплёт

Учёба давалась Ульяне легко, в училище она слыла прилежной студенткой, не имела пропусков и хвостов. В остальном старалась не отличаться от остальных, правда особой дружбы ни с кем не водила, шумных сборищ избегала, вела себя тихо и спокойно. По этой причине одногруппники считали её гордячкой. У Ульяны была цель поскорее выучиться и встать на ноги, она сторонилась всех, кто мог ей в этом помешать. Вначале потому, что это было главным условием Краснопольского, а потом постепенно привыкла, запретив себе влюбляться, и делать другие глупости, с этим связанные...

Несмотря на свою юность и неопытность, Ульяна была истинной женщиной, в том смысле, что практичности ей было не занимать. Погоревав немного, она вспомнила о главном, и побежала в другую комнату, к тумбочке, где лежали все документы, а самое главное договор купли-продажи, в котором стояло её имя. Там же были припрятаны бумаги, оставленные Краснопольским. Бархатная коробочка с подаренными сапфирами лежала сверху, придавливая договор об открытом валютном счёте, в самом верху которого была прописана сумма в двести тысяч евро, что в пересчёте на рубли довольно много...

О том, что произошло с семейством Краснопольских Ульяна узнала не сразу. После того, как Владимир Сергеевич уехал, она приняла душ и легла рядом с крепко спящими братом и сестрой, надеясь снова уснуть...

Сидя в машине рядом с водителем, Краснопольский смотрел вперёд на дорогу невидящим взглядом, и думал о своём. Хмель постепенно выветривался, и у него появились сомнения в правильности своего поступка. Наверное зря он так себя повёл, нахраписто и неуклюже, действуя прямо как слон в посудной лавке...

Квартира встретила старого ловеласа тишиной, вокруг было чисто и тепло, пахло уютом и чем-то очень вкусным, похожем на ваниль и корицу. Видимо Уля снова испекла что-то на ужин, или на завтрак. Настоящая хозяйка, у неё ничего не пропадает, всё пускает в дело, то блины печёт, то оладьи, то булки с маком. Слишком рано пришлось повзрослеть Ульяне, не мудрено с такой-то матерью, да и другие учителя были, тоже многому научили. Об этом отстранённо думал Краснопольский, словно это не он, а кто-то другой бесшумно передвигался по дому, как мелкий воришка...

С подачи брата Ульяна стала смотреть на Краснопольского старшего совсем другими глазами, с них словно пелена спала. Теперь она замечала всё, чему ранее не придавала значения. В то же время, не спрашивать...

Меж тем Ульяна и не подозревала о противоречиях, раздирающих разум и душу Краснопольского. Она считала его добрым хорошим человеком, бескорыстно им помогающим. Возможно, была бы девчонка постарше, от неё бы не укрылось, что мужчина едва сдерживается, чтобы не наломать дров...

Окружив Ульяну заботой и вниманием, мужчина, конечно, рассчитывал на её благодарность. Он частенько рисовал в своей голове картинки, как бы хотел это устроить, представляя, как однажды Уля пойдёт на сближение, проникнувшись к нему внезапно открывшимися трепетными чувствами...

Услышав про условия, девушка мигом напряглась. Вот оно, началось, так называемый опекун не шевельнёт и пальцем, если не пойти у него на поводу, и не начать ему подчиняться. Тут и уточнять не надо, чего он хочет, и без того всё ясно, во всяком случае объяснения ей не нужны...