ITINERIUM

Горы Табасарана ещё помнят поступь древних героев, а на высокой скале возвышается могучая крепость. Живут в ней семь братьев-богатырей и их единственная сестра — красавица, чья прелесть может затмить рассвет над Кавказскими хребтами. Косы её чернее воронова крыла, а глаза сияют, словно горные озёра под луной. Братья её - славные воины. Каждый из них владеет мечом так искусно, что может рассечь летящую стрелу, а их боевой клич разносится по ущельям, заставляя трепетать врагов. Они оберегают соседние сёла, защищают путников на горных тропах и не позволяют злу ступить на родную землю...

Где-то в забытых водах Тихого океана, куда не заглядывал ни один картограф, лежал остров, окутанный туманом и легендами. Доктор Вуджонс узнал о нём из полуистлевшего дневника португальского миссионера: остров, где обезьяны охраняют рощу золотоносных деревьев, приносящих сияющие, как само солнце, плоды раз в году. Обезьяны жили по древнему закону — делили урожай строго по старшинству, а часть зарывали обратно в землю, и потому их сокровищница никогда не иссякала. Но стоило кому-то нарушить порядок — деревья замолкали, словно проклятые...

"Что вечно в этой переменчивой жизни? Или, быть может, череда жизни идёт независимо от нас?" — сидел на берегу реки Коленька и думал. Он часто бывал на прибрежье, задумчиво глядя на волны, и размышлял. Ещё не так давно за его спиной расстилалось поле с множеством цветов, а позади луга обрамляли стройные берёзы, как стражи былых воспоминаний. Теперь же этого места нет — стройка всё смела на своём пути, словно безжалостный вихрь времени. Коля любил летние прогулки вдоль реки, а в особенности он любил красные песчаники и часто находил в них любопытные окаменелости — эхо далёких эпох...

Африка — невероятно богатый фауной континент, ставший домом для самых разнообразных видов животных и птиц. В прошлом, когда звери ещё умели говорить сердцем, жил на краю великой саванны жираф по имени Амуши. Был он тихий и задумчивый, и другие звери сторонились его — уж слишком высок, слишком непохож. «К чему такая длинная шея?» — посмеивались они. Жираф же только опускал голову и молчал в ответ, получая в спину: «Ха-ха-ха, как до нашего Амуши долго доходит, видимо, из-за его шеи». А по ту сторону...

Много воды утекло с тех пор, когда в тёплых водах Сиамского залива жила большая стая дельфинов. Каждый день они неслись куда-то сквозь волны — всё быстрее, всё дальше, не замечая ни коралловых садов на дне, ни танца медуз в лунном свете. Среди них был один молодой дельфин по имени Сиам. Он единственный замедлял ход, заглядывался на закаты и слушал, как поёт ветер над гребнями волн. «Зачем мы всё время спешим?» — спрашивал он старших. Но те лишь отвечали: «Кто остановится — отстанет навсегда», — и мчались прочь...

Окружённый лазурным морем, золотым солнцем и живописными горами, стоял у берегов великий и процветающий город Карфаген. Предводил этим городом разумный стратег Ганнибал. Мягкотелым назвать его было сложно, а вот милосердным и правосудным — вполне. Некоторое время спустя разузнал про этот величественный город Сципион и явился к его руководителю с сомнительным предложением: город тот он захотел купить, но цену за него давал крайне уничижительную. Рациональный глава даже рассматривать это предложение...

«Братья и сёстры, слушайте! Грядут времена великие — воссядет на трон мудрый судья, справедливый и милосердный! Каждый из вас познает изобилие, каждый дом наполнится светом! Я видел вещий сон — сама богиня Зарница сошла ко мне с небес в сиянии золотом! Она коснулась моего чела и молвила: «Скажи людям — рассвет близок!» И случится сие, когда луна нальётся полнотой, а рядом с нею вспыхнет алая звезда-скиталица, подобная капле священного вина на серебряном блюде неба!» Так пел на площадях славного города...

Мир затихает, наступают сумерки, и природа погружается во тьму: смертные смыкают очи, соловьи больше не поют своих трелей. Но небо не дремлет, разливается дождь, дождь, что смывает всю гему и пыль конфликтов, обнажая истинную суть земли. И тогда почва, напоённая небесной влагой, пробуждает тех, кто дремлет в её недрах с незапамятных эпох. Из глины и памяти восстают Големы — не выкованные в горнилах Мордора, не отлитые из золота гномьих чертогов, но рождённые самой землёй. Они — стражи справедливости, последние хранители угасающего света...

Ассасины действовали скрытно, виртуозно владея собой и своими тенями; они несли людям страх и трепет. Бесшумные и быстрые, они молниеносно свергали неугодных. Самое страшное в ассасине — не его клинок, а то, что он умеет становиться тенью. Он живёт чужой волей, исполняет чужие приказы и не имеет своего лица. До тех самых пор, пока однажды тяжесть совершенного не перевешивает страх смерти. Сотни жизней. Ровно столько потребовалось одному человеку, чтобы понять: он больше не хочет гасить их свет своими клинками...

На заре туманной юности луна отбрасывала серебряную дорожку на чёрные воды Понта, и из морской пучины выходили существа древние и коварные. Медузы — дочери морской бездны — принимали облик дев невиданной красоты. Их кожа мерцала перламутром, а волосы струились, словно морская пена. Они являлись на берег в тёмные ночи и манили к себе мужчин Судака своими колдовскими песнями. Стоило несчастному коснуться ледяной руки красавицы — и плоть его обращалась в серый камень. Так город терял своих сыновей, одного за другим...

Тутмос I мечтал о вечной жизни и молодости. Невзирая на противоречия естеству, он изучал сотни папирусов в храмовых архивах, досконально углубляясь в каждое слово. Фараон нанимал лучшие умы своего времени, чтобы познать и заполучить заветное зелье бессмертия. После череды неудач он отправил десять первых меджаев для поиска ответов на насущный вопрос. Кеймн предпочитал одиночество и в путь отправился один. Посещая каждый дом, забывая о еде и воде, он обошёл сорок два нома Верхнего и Нижнего Египта...

Раньше не только Петербург славился своими бесконечными дождями, серым небом и отсутствием солнца. Когда-то очень давно, во времена мифов и легенд, в горах Абхазии разверзлись хляби небесные, и дожди проливные шли месяцами напролёт. Небо оплакивало красавицу Рицу — юную дочь могучих гор, чьё сердце разбилось от несчастной любви. Капля за каплей, слеза за слезой создавалось озеро Рица — бирюзовое зеркало в изумрудной оправе вековых лесов. И поныне хранит оно в своих глубинах тайну древней печали,...