«Жизненные рассказы каждый день»

Свекровь называла Марину «хозяйственной девочкой», хотя ключи от собственного дома невестке не доверяла. Странно, но именно так и было: за пять лет замужества Марина ни разу не готовила у себя на кухне без того, чтобы Тамара Ивановна не заглянула через плечо и не поправила, сколько соли класть в борщ. А дом, между прочим, принадлежал Марине. По документам. По завещанию бабушки, которая полтора года назад тихо угасла в своей комнате с видом на яблоневый сад. Дом стоял на окраине Коломны, деревянный,...

Связка ключей лежала на столе между ними, и именно из-за неё разговор зашёл в тупик. Ольга смотрела на два одинаковых ключа с потёртой синей биркой — от калитки и от самого дома. Людмила, золовка, крутила в руках точно такую же связку, только новенькую, будто сделанную только вчера. — Я себе дубликат заказала, — сказала Людмила так спокойно, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся. — Чтобы не звонить каждый раз, если что понадобится. Ольга молчала несколько секунд, собираясь с мыслями. — Люда, дом теперь мой...

— Это моя работа, Кристина, а не склад для твоих вещей, — Марина стояла в дверях мастерской и смотрела на холст, придавленный чемоданом. Полотно девятнадцатого века, которое она реставрировала три недели, лежало на столе под слоем пыли от переезда. Угол подрамника треснул. Марина вернулась из командировки поздно вечером и сразу почувствовала: что-то не так. В прихожей стояли чужие сапоги, на кухне — чашка с недопитым чаем, а в мастерской, которую бабушка Вера Степановна завещала ей год назад, теперь жила золовка...

— Марина, дорогая, а может, ты просто съедешь на пару месяцев, пока мы тут ремонт затеем? — сказала свекровь так буднично, будто предлагала подать чай. Марина застыла с чашкой в руке. Разговор происходил на кухне той самой квартиры, которую полгода назад ей оставила бабушка. Однокомнатная, на Юго-Западе, с окнами во двор, где до сих пор рос старый клён, посаженный ещё в семидесятых. — Съехать? Куда? — переспросила Марина. — Ну мало ли, к родителям, — Тамара Николаевна пожала плечами, будто это было самое очевидное решение на свете...

— Ты бы хоть предупредила, что переезжаешь, — сказала Анна, останавливаясь на пороге мастерской. — А что предупреждать? — Наталья, золовка, сидела на полу среди раскрытых чемоданов и складывала футболки в стопки. — Квартира же пустует. Я думала, тебе только приятно будет, что здесь кто-то живёт, а не пыль копится. Анна молчала, обводя взглядом комнату. Верстак, на котором вторую неделю сохла скрипка девятнадцатого века, был сдвинут к стене и завален бельём. Рядом с раскрытым футляром стояла банка с косметикой...