Случайные люди

— Тёть Марин, а вы поможете мне с платьем в субботу? — спросила Алиса по телефону в среду вечером, будто речь шла о самой обычной просьбе. Я не сразу нашлась что ответить. Не потому что не хотела — конечно, хотела, — а потому что вопрос этот, произнесённый так буднично, на самом деле означал гораздо больше, чем просьбу застегнуть молнию на платье. — А мама что? — спросила я осторожно. — Мама расстроится, наверное, если узнает, что я вас в первую очередь попросила, — сказала Алиса, слегка смутившись...

Соседка сверху появляется в моей квартире каждый вечер около семи, хотя я никогда не видела, как именно она заходит к себе, только слышу отдалённые звуки через потолок каждый раз в одно и то же время. Слышу только — сначала входная дверь, глухой стук где-то далеко наверху, потом шаги через прихожую, потом характерный скрип половицы у окна, который повторяется каждый раз в одном и том же месте. Живу я здесь восемь лет уже, она заселилась, кажется, раньше меня немного, застала её уже как данность с самого начала...

Сегодня двадцать пять лет, как мы расписались. Юбилей вроде круглый, серьёзный, а праздновать решили скромно — заказали столик в обычном кафе неподалёку от дома, не в ресторане каком-то пафосном, просто посидеть вдвоём, без детей, без гостей. Дети наши, кстати, предлагали устроить что-то более торжественное — банкет, гостей созвать, тамаду даже кто-то из них в шутку упомянул для полноты картины. Мы отказались единодушно, оба сразу, без долгих обсуждений. — Не наш это формат совсем, шумные празднества с тостами через каждые пять минут и обязательными родственными спорами о рассадке гостей...

Бабушка оглохла в сорок девятом, ей было четыре года, скарлатина дала осложнение на уши, так рассказывала мама, хотя сама бабушка эту историю никогда не рассказывала — не потому что не хотела, а просто говорить вслух ей было трудно, а жестами объяснять такие подробности не особо получалось. Родители её, прабабушка с прадедом моим, тогда, говорят, долго не могли смириться, возили её по врачам в область, даже в Москву один раз ездили, безрезультатно, конечно, — время такое было, медицина не всесильная совсем в те годы, особенно в глубинке, куда специалисты хорошие добирались редко...

Ирка позвонила в среду, около двух ночи, я даже не сразу поняла, что это звонок, а не будильник, спросонья схватила телефон и чуть не уронила его на пол. — Не разбудила? — спросила она, хотя уже понятно было, что разбудила, конечно. — Разбудила, — сказала я, включая свет. — Что случилось? — Ничего не случилось, — сказала Ирка. — Просто вспомнила кое-что и решила сразу позвонить, а то забуду опять до следующего раза. Муж мой рядом заворочался, спросил спросонья, кто звонит, я сказала — Ирка, он хмыкнул...