Ценник эпохи

«Москвич-412» в 1968 году стоил четыре тысячи девятьсот тридцать шесть рублей. Средняя зарплата по стране была сто десять — то есть машина весила сорок четыре месячных заработка подряд. Начнём с цены, потому что она обескураживает. Почти пять тысяч рублей за автомобиль при среднем заработке в сто десять рублей означало три года и восемь месяцев работы. Не три года откладывания части денег — три года и восемь месяцев, если не есть, не одеваться и не платить за жильё вовсе. К концу семидесятых ценник подрос до пяти тысяч двухсот, но и зарплаты поднялись до ста семидесяти...

Место в советском детском саду обходилось семье примерно в семь рублей в месяц. При зарплате в сто двадцать это полтора рабочих дня — за то, что ребёнка кормили четыре раза в день и держали до вечера. Первое, что удивляет в этой системе: единой цены не существовало вовсе. Сумма зависела не от того, сколько сад тратит на ребёнка, а от того, сколько получают родители. Больше доход — больше плата, меньше доход — меньше. Считали по справке о зарплате, и у соседей по группе цифры в квитанциях были разные...

В 1913 году килограмм чая стоил четыре рубля, а килограмм соли — две с половиной копейки. Разница в сто шестьдесят раз, и обе цифры про один и тот же прилавок. Чай, сахар и соль удобны тем, что они не менялись. Соль остаётся солью и в тысяча девятьсот тринадцатом, и сегодня — значит, по ней видно движение самой цены, а не моды или технологий. И вот что странно: три похожих сыпучих товара с одной полки прошли век совершенно по-разному. Один был роскошью и подешевел в разы. Другой из лакомства стал обыденностью...

Земский учитель в 1913 году получал тридцать рублей в месяц, а преподаватель гимназии — восемьдесят пять. Через тридцать лет, после войны, учитель зарабатывал заметно меньше рабочего у станка. Единой учительской зарплаты в империи не существовало. Разрыв внутри одной профессии был больше, чем между профессиями. Анкетирование учителей земских школ в двухстах семидесяти девяти уездах дало ясную картину. В большинстве уездов оклад составлял триста шестьдесят рублей в год — то есть тридцать рублей в месяц...

Приём у врача в СССР действительно не стоил ни копейки. А вот пачка анальгина с себестоимостью в восемь копеек продавалась в аптеке за сорок пять. Начнём с того, что правда. Талон к врачу, вызов на дом, операция, койка в больнице — за это в кассу не платили. Система работала, и работала для всех. Дальше начинались нюансы, которые в общую формулу «медицина была бесплатной» не помещаются. Врач выписывал рецепт, и с этой бумажкой человек шёл в аптеку. Там бесплатное заканчивалось и начиналась торговля...