Компас и Подоконник

После того поцелуя Марк и Элис договорились вести себя так, будто ничего не произошло. Это оказалось легко только в теории. — Кофе будешь? — спросил Марк на следующий день, не поднимая глаз от кофемашины. — Буду. — С молоком? — Как обычно. Он поставил перед ней чашку. Их пальцы одновременно коснулись ручки, и Элис тут же отдёрнула руку. Марк сделал вид, что не заметил. Они шутили, спорили о музыке, перекидывались короткими взглядами через зал. Со стороны всё выглядело по-прежнему. Только теперь между ними словно повисла невидимая пауза, которую оба старались не замечать. Элис помнила тот поцелуй до мельчайших подробностей...

Утро в «Волне» началось не с привычного звона чашек, а с тишины, которая казалась слишком густой, будто она впитала в себя вчерашние аплодисменты, смех и музыку — и теперь держала их внутри, не желая отпускать. Элис пришла первой. Она остановилась на пороге, вдыхая запах вчерашнего вечера: лёгкий аромат воска от свечей, смешанный с запахом кофе и чего‑то неуловимо праздничного. Всё выглядело так же, как всегда, — те же столы, те же стулья, та же стойка, — но теперь в этом была какая‑то новая глубина, будто кафе повзрослело за одну ночь. Она принялась убирать остатки вечера: складывать афишки, прятать гирлянды, протирать столы...