Счастливая монета

Артём изучал меню и думал: ну, пожалуй, для первого свидания всё прям хорошо идёт. Даже очень! Первые десять минут после знакомства с Кристиной прошли и правда замечательно. Девушка не молчала, в телефон не пялилась, шутила к месту. В её анкете было написано, что она свадебный стилист и у неё "своё дело". Судя по тому, как она рассказывала о клиентах, не врала. Ладно, подумал Артём, не бездельница и не тунеядка. Посмотрим дальше. Может, ещё и вечер сложится. За столиком Кристина указала пальцем в меню — котлеты "Метрополь" за тысяча четыреста рублей...

Расскажу историю про любовный случай с моим другом. Это случилось лет семь назад, но иногда я вспоминаю события так отчётливо, будто они была вчера. Мне тогда всего двадцать шесть лет: работа автослесарем в сервисе на краю города, съёмный блок в коммуналке на троих. Мы с соседями — все молодые ребята, все рабочие — жили по одному и тому же нехитрому расписанию: смена, зарплата, пиво в пятницу, сон в субботу до полудня. И, конечно, каждый тогда искал своё счастье в личной жизни! В ту пятницу мы с Вадимом — сварщик, мой сосед — собрались в новое кафе в центре...

В тот злостчастный вторник я по воле обстоятельств решил заглянуть домой прямо посреди рабочего дня, чего обычно никогда не делал. Я работаю монтажником, прокладываем кабели и электрику в промышленных зданиях. Работа физическая, шумная, без особых сантиментов, коллектив мужской. Мы с ребятами тянули проводку на складском комплексе за Серпуховом, и всё шло по расписанию ровно до десяти утра, когда прораб выругался в трубку и объявил: объект встал. Пожарные инспекторы нагрянули с проверкой, работы запрещены до конца дня, все свободны! Бригада немедленно решила вопрос в пользу ближайшей пивной...

Сергей топтался у входа в кафе уже минут десять и чувствовал себя совсем неловко. Ведь он уже давненько не ходил на свидания и несмотря на солидный возраст, чувствовал какой-то мандраж. Полтора года после развода он жил как монах — работа, дежурства, пустая квартира. Пока вот друзья не уговорили зарегистрироваться в приложении. Профиль Алины его почему-то зацепил — никакой наигранности, обычная фотография у окна, без фильтров. В описании: «помогаю людям, 34 года, люблю Довлатова и дождь». Что-то в этом было настоящее...

Я никогда не был из тех, кто пишет возлюбленным стихи и плачет на мелодрамах. Ну, вы понимаете — просто обычный мужик, тридцать четыре года, работа, футбол по выходным, мама звонит раз в неделю узнать в порядке ли я. В любовь с первого взгляда не верил принципиально, считал это красивой выдумкой для тех, кто недостаточно занят по-настоящему важными делами. А потом появилась Ксения. Рыжая — не крашеная, а натуральная, как лиса. Зелёные глаза, а смеётся так заливисто, что прохожие оглядываются. Втюрился как пацан! И следующие пять лет мы шли к тому, что у нормальных людей называется семьёй...

Меня зовут Артём Воронцов. Я руковожу логистикой на складском комплексе под Екатеринбургом. Работа, конечно, непраздничная и даже где-то скучноватая — накладные, маршруты, инвентаризации. Рутина! Но я её люблю именно за это: потому что здесь всё можно проверить и цифры тебя никогда не обманут, не подведут. Этот же принцип я перенёс в свою личную жизнь. Люблю во всём ясность и прозрачность. Люблю, когда слова женщины совпадают с её делами. Поэтому я и выбрал её. Когда встретил Алину, мне показалось,...

Дмитрий спокойно стоял у мангала и переворачивал шашлык, когда к нему решительно подошла тёща, словно с инспекцией. — Плохо жаришь, смотри, вон, мясо подгорело, — Маргарита Львовна окинула его взглядом и хмыкнула, будто оценивала товар на распродаже. — Но хоть на что-то годишься. Я всегда говорила, что моей дочери нужен настоящий мужик, а не какой-то бумагомарака. Дмитрий сделал вид, что ничего не заметил и медленно выпрямился, оглянувшись на гостей. Вокруг — знакомые, смех, музыка. Семейный пикник в разгаре...

Константин заметил что у жены появился новый парфюм. Наталья всегда пользовалась только одним ароматом. Лёгкий, цветочный, который он узнавал с закрытыми глазами. Ведь это был его подарок на первую годовщину. И с тех пор она была верна только ему. А теперь — другой. Тяжёлый, дорогой, незнакомый. — Новые духи у тебя? И даже не поинтересовалась нравятся ли мне? — спросил он как-то утром на кухне, не дождавшись объяснений. — Да, подарили на работе, — бросила она, не поднимая глаз от телефона. — Артём организовывал корпоратив, дал всем по флакону...

Татьяна гладила рубашку Олега и машинально прощупала карманы — у него была дурная привычка совать туда всё подряд: чеки, зубочистки, скрепки, однажды даже нашла леденец без обёртки и засохший лист от фикуса, Бог знает откуда. На этот раз пальцы нащупали сложенную вчетверо бумажку. Она развернула, не глядя. Посмотрела. Чек из банкомата. Снятие наличных. Триста двадцать тысяч рублей. Ого! Дата — позавчера. Татьяна долго смотрела на цифры. Потом поставила утюг на подставку, медленно села на край дивана и прочла ещё раз...

Зинаида Андреевна тащила сумку с рынка уже полчаса — тяжёлую, с картошкой и луком, с куриными бёдрами, завёрнутыми в бумагу. Рука ныла от ремня, колено крутило на каждом шагу, но она терпела. Думала про внуков — Олечку и Серёжу. Три месяца не видела. Три месяца! Звонила — телефон молчал. Писала в мессенджер — значок «прочитано» висел, и всё. Как в стену горох. Что же случилось-то? Чем обидела? У подъезда суетилась соседка Тамара Николаевна, накладывала корм для местных котеек. Увидела Зинаиду — и прям чуть не подпрыгула! — Господи! — Тамара схватилась за сердце, попятилась и перекреситлась...

Третий месяц срока. Вера лежала и смотрела в потолок — белый, казённый, с жёлтым пятном в углу от старой протечки. Капельница тихонько капала, пуская пузырьки, рука под резиновым жгутом затекла, но вставать запретили. Даже ворочаться — осторожно. Только лежать и не дышать лишний раз. Угроза потерять малыша! Слова, которые люди в белых халатах произнёсли буднично, как на осмотре, а у Веры потемнело в глазах. Шесть лет они с Костей пытались. Шесть. Два раза теряли, одна замершая, бесконечные поиски причины, процедуры, надежды и снова — ничего...

Тамара Ивановна тяжело поднималась пешком на пятый этаж и считала ступеньки — сбилась на втором пролёте. Лифт не работал еще с прошлой среды, когда кто-то из подростков снова сломал кнопки. Пакет оттягивал руку: торт «Медовик» в картонной коробке и мягкая кукла с косичками — Сонечка давно на такую заглядывалась в магазине. Последние деньги с пенсии потратила, ну и что. Девять лет внучке, это же праздник! А с лестничной площадки уже слышалась музыка — что-то громкое, современное — и детский визг, и смех...