СВЕТСКИЙ

— Светочка, ну хватит уже бывшего мужа доставать! — тётя Вера, соседка, остановила Свету возле подъезда. — Видела в Интернете — он такой заботливый отец! Фотки выкладывает, как с детками занимается! Света стояла с пакетами продуктов — самых дешёвых, что нашла в акции, — и смотрела на соседку, не веря ушам. — Тётя Вер, он мне алименты два года не платит... — Ой, да ладно тебе! — та махнула рукой. — Мужик старается, работает! Не ко всем деньги липнут! А ты всё требуешь, требуешь! Света хотела что-то ответить, но соседка уже ушла, бормоча что-то про "жадных разведённых"...

Сообщение пришло вечером, когда Нина Петровна сидела на кухне после смены, растирая уставшие ноги. Нина Петровна долго смотрела на экран телефона, перечитывая. Суббота — 30-летие Алины. Её единственной дочери. И теперь её просили не приходить. Потому что неудобно. Нине Петровне было пятьдесят восемь лет. Она работала уборщицей в офисном центре — два этажа, с шести утра до двух дня. Зарплата маленькая, но стабильная. Всю жизнь она проработала так — уборщицей, нянечкой. Без образования, без связей, просто честным трудом...

Марина стояла в очереди в аптеке, когда услышала своё имя. — Маринка? Это ты? — Здравствуйте, Тамара Петровна! — Здравствуй, девочка! — та обняла её. — Давно не виделись! Как жизнь? Как Максимка твой? — Всё хорошо, спасибо. — Ну и молодцы! — Тамара Петровна наклонилась ближе, понизила голос. — Слышала, вы хорошо зарабатываете. Людка рассказывала... Молодцы. Марина замерла. — Что? — Ну да! Она в парке подругам своим говорила на днях, я мимо проходила, услышала. Ещё хвасталась, что вы ей каждый месяц по десять тысяч переводите...

— Всё. Хватит, — произнесла Юлия ровным, но не допускающим возражений тоном, глядя на свекровь, которая застыла с виноватым видом у распахнутого шкафа в их с мужем спальне. — Это моя квартира. Людмила Витальевна резко обернулась, прижимая к груди какую-то папку, которую явно только что вытащила с верхней полки. — Юля, я просто… искала документы на стиральную машину, гарантийный талон, — начала оправдываться она, но голос предательски дрогнул. Юлии было двадцать девять. Она работала архитектором...

«Двойные стандарты» — Ты больная на голову?! Мы просто друзья! У тебя вообще нет права меня контролировать! — почти выкрикнул Артём, выхватывая телефон из рук жены и прижимая его к груди, будто защищая от посягательства. Кристина стояла посреди гостиной, чувствуя, как внутри всё дрожит от смеси возмущения и растерянности. Несколько минут назад она просто хотела найти в телефоне мужа фотографию с недавнего дня рождения дочери, чтобы отправить её бабушке, — и наткнулась на открытый диалог с именем «Оля» в переписке, где последнее сообщение гласило: Ей было тридцать два...