Максим Матвеев

Мы прошли долгий путь. Энтропия — везде. В остывающем чае и разрушающихся компаниях. В информационном шуме и старении организма. В искусстве, которое показывает распад, и в философии, которая учит принимать неопределенность. Второй закон термодинамики неумолим: хаос растет. Порядок требует жертв. Демон Максвелла платит за знание теплом...

Энтропия. Мы прошли долгий путь с ней. От Клаузиуса и Больцмана до теории информации Шеннона. От демона Максвелла до диссипативных структур Пригожина. Казалось бы, что еще можно добавить к этому понятию, которому полтора века? Оказывается, можно. И добавление это настолько фундаментально, что меняет сам взгляд на то, что такое энтропия и как она работает в реальном мире...

Энтропия. Сегодня это слово знакомо каждому, кто хоть немного интересовался физикой, философией или даже просто читал научно-популярные статьи. Оно стало символом хаоса, мерой беспорядка, знаком неумолимого бега времени. Но откуда оно взялось? Кто придумал это странное слово, так похожее на «энергию»,...

Второй закон термодинамики — суровый закон. Он говорит нам, что всё разрушается, что порядок конечен, что рано или поздно наступит тепловая смерть. Многие философы видели в этом приговор не только Вселенной, но и человеческим надеждам. Но природа хитрее, чем кажется. Вглядитесь в нее внимательно. В ней постоянно происходит нечто странное...

В предыдущей статье мы оставили демона Максвелла в очень интересном положении. Он, оказывается, не нарушает второй закон термодинамики, потому что платит за свою работу информацией. А информация, как выяснилось, имеет физическую цену. Но что это вообще значит — «информация имеет цену»? Информация — это же не вещь...

Представьте себе существо, которое способно отменить хаос. Вы сидите в комнате, которая самопроизвольно убирается. Вы смотрите на остывший чай, который вдруг начинает нагреваться сам собой. Вы наблюдаете, как время течет вспять — не в кино, а на самом деле. Звучит как научная фантастика. Но именно такой сценарий предложил в 1867 году один из величайших физиков XIX века — Джеймс Клерк Максвелл...

В физике энтропия — это функция состояния. В термодинамике — мера хаоса. В теории информации — количество шума в канале связи. Но в литературе энтропия становится кое-чем большим. Она превращается в образ, в метафору, в способ говорить о мире, который потерял свою упорядоченность. Писатели XX века, вооруженные...

Если вы включите любой научно-фантастический фильм, выпущенный за последние сорок лет, вы с вероятностью 90% увидите одно и то же: дождь, неон, грязь, мрачные улицы, корпорации-монстры и людей, которые пытаются выжить в этом аду. Вы увидите мрачный, холодный и безразличный к человеку космос Ницше. Это киберпанк...

Мы привыкли к мрачному будущему. Вспомним фильмы "Бегущий по лезвию" и "Чужой" режиссёра Р. Скотта, с холодным и безразличным космосом Ницше. Киберпанк научил нас, что завтра будет дождливо, грязно и беспросветно. Корпорации, ставшие технократическим символом триумфа нигилизма, правят миром, технологии служат угнетению, а люди прячутся в трущобах под неоновыми вывесками...

Физики видят энтропию в формулах. Инженеры — в потерях энергии. Бизнесмены — в упадке компаний. А художники? Художники видят энтропию там, где остальные проходят мимо. Они замечают красоту в распаде, поэзию в хаосе и смысл в неопределенности...

Представьте себе утро 2026...20..-го года. Вы только проснулись. Еще не открыли глаза. Еще не сказали ни слова. Но ваш ИИ-ассистент уже знает, что вы сегодня купите. Он знает, потому что вчера вечером вы грустно вздохнули, глядя на фотографию бывшей. Он знает, потому что ваш голос дрогнул, когда вы спрашивали погоду на выходных...

Вот типичное утро основателя стартапа. Просыпаешься — инвестор, который вчера обещал деньги, сегодня не берет трубку. Открываешь мессенджер — ключевой разработчик написал, что уходит к конкурентам. Заходишь в CRM — клиенты, которые должны были подписать договор, зависли на стадии согласования. Выходишь на кухню за кофе — а там пустая пачка и лужица на столе...