Я не настолько молод, чтобы всё знать!

– Обычно после таких слов следует смертная казнь. – Весь задор пропал из голоса Элиссандры. Остались только холодность и отстранённость. – Твоя задача выполнять приказы и знать своё место! – Приказ был...

Начало здесь Я сжимал в ладони тёмную слезу. Это было, пожалуй, забавно. Потому что момент, когда артефакт перекочевал из сумки в руку, начисто стёрся из памяти. Мне казалось, что я не могу двинуться с места. Пять гвардейцев Исфорца и двое алых плащей ощерились оружием. И бежать было некуда. Иоки почти без сил завалилась на скамью. А без неё о побеге можно даже не думать. Не нужно было обладать даром предсказателя, чтобы понять, что дело плохо. И только Иоганн, стоящий рядом, внушал хоть какую-то уверенность...

Пожалуй, можно выложить несколько иллюстраций. Джиен в прошлый раз получился чересчур великовозрастным, хотя по задумке ему около 26-28 лет. А сетки всё пытались подкинуть мне лица гигачадов, не желая слушать меня...

Начало здесь Иоганн тащил меня по тёмным коридорам. И мы шли совсем не в сторону секретного прохода в стене. Несмотря на неутихающий шум в голове, это я всё ещё мог понять. – Куда ты меня ведёшь? Слова давались с трудом. Я едва волочил ноги. В голове всё плыло, будто меня здорово саданули несколько раз по затылку и я перестал различать, что и где находится. – Давай живее! – Прорычал он не сбавляя темпа. – Сейчас выйдем на воздух. Там будешь разговаривать! В какой-то момент стало понятно, что пол, стены и потолок превратились в грубо стёсанный, прорубленный тоннель...

Знаете, вот все злоключения Джиена в городе почти закончились. Я долгое время писал, только примерно представляя, что и где происходит. И по идее, карта уже не нужна. Но вместо того, чтобы писать новую главу, я всё-таки решил визуализировать всё, что происходило...

Начало здесь – Мне нужна моя сумка! – А мне нужно, чтобы я могла спать спокойно, Джиен. С того самого разговора с Элиссандрой, когда она вручила мне ключ, прошло уже четыре дня. И с тех пор я её не видел. Что удивительно, брызжущая ядом Трисс, тоже не появлялась. Так что мне пришлось улучить момент, когда во внутреннем дворе замка объявится Иоганн и упросить устроить мне встречу с главой серой гвардии. Следопыт меня выслушал и вроде бы согласился. Вроде бы – потому что по его серым глазам вообще ничего нельзя понять...

Первая часть тут. Рамз распрощался с нами у Белозёрья, ещё до полудня. Хельрана стояла закутанная в платок, пряча свои волосы, одетая в холщовое платье. Рубашку и штаны мы спрятали в сумку-мешок. Было тепло и солнечно. Лучи отражались от водной глади и слепили глаза. – Вечером я планирую ехать обратно. Даст Сиарант, ещё свидимся, – прогрохотал он нам на прощание. И покатил по тракту дальше. В городок-деревню он заезжать не стал, направился по объездному пути. Белозёрье, или город на озере, как называли его местные, был расположен в полутора часах неторопливой конной езды от Вереса...

Аннотация: Кристиан почти восстановился. И теперь дорога ведёт в сторону Вереса – большого города на границе с Лиартой. Что принесут с собой истории, рассказанные незнакомцем? Правда ли, что лучше один раз увидеть, чем сотни услышать? Я стоял вполоборота. Одна рука сжимала теневой клинок, вторая была укрыта таким же чёрным щитом. Хельрана замахивалась изумрудным мечом и наступала. Слишком медленно. Так что я успевал смещаться и легко бить её по рукам. – Нечестно! Ты используешь Изнанку. Я бы тоже так побеждала, – крикнула она, после того, как я в очередной раз ушёл от её "хитрой" атаки...

Под знаком мантикоры. Ну что тут сказать. Пехов и его узнаваемый стиль, когда ты читаешь кучу интриг, мнений, люди спорят друг с другом. Главный герой не слишком приятный, если вдуматься (или встретиться с ним в жизни)...

К концу подходил вюрцвиг. Приближалась весна. Холода отступили больше недели назад и теперь можно было иногда выйти и посидеть на крыльце, не боясь застудиться. Но это, когда солнце достаточно нагреет воздух и доски...

Холод. Едва заметное поскрипывание половиц. Тихие завывания ветра. Кромешная темнота. Запах земли, прелых листьев, смолы. Наверное, именно так ощущают себя люди ночью в деревянной избе посреди леса. Было больно...

Трость в руке была приятно теплой. Это означало, что дух внутри нее всем доволен и расположен к разговору. Впрочем, я не мог вспомнить ни одного момента, когда старый ворчун был бы не рад поговорить. Дай ему только волю и он будет перетирать кости всему городскому собранию с утра и до самого вечера. - А-ай, больно, - вскрикнул я, едва не разжав руку. Трость внезапно стала холоднее снега и обожгла внутреннюю часть ладони ледяным прикосновением. -Для всего свое время, как для разговора, так и для покоя...