Интересные факты мира, науки и истории.

Благодаря Голливуду лемуры стали известны всему миру. Ещё вчера большинство людей с трудом отличали их от «каких‑то мелких обезьянок», а сегодня короля Джулиана узнают даже дети, которые ни разу не слышали слово «Мадагаскар» как название острова. Есть, правда, один нюанс: настоящие лемуры не в курсе, что обязаны своей славой студии DreamWorks. Они не танцуют под диско, не устраивают карнавалы каждую ночь и, мягко говоря, не управляют островом. Зато в природе у них есть куда более интересные роли:...

Каждый раз, когда вы протираете стол или подоконник, кажется, что вы просто избавляетесь от мусора. Серый налёт, ворсинки, крошки — ничего интересного. Но если немного задуматься: пыль - это отражение всего, чем жила планета и Вселенная до вас. В одной щепотке домашней пыли можно найти: Это не поэтическое преувеличение. На каждый квадратный сантиметр любой поверхности за день оседают десятки тысяч частиц. Часть из них — местные, из вашей квартиры и соседнего двора. Но среди них затесались и «путешественники»:...

Если посмотреть на современную демографическую пирамиду Гренландии, бросается в глаза странная «вмятина» в середине: целый возрастной слой заметно тоньше соседних. Будто кто‑то аккуратно стер часть будущих взрослых — без войны, эпидемии или голода. В 1960–1970‑е годы Дания решила, что у Гренландии слишком много детей. На острове шла масштабная «модернизация»: строились дома, школы, больницы, росли расходы. Рождаемость за 15 лет подскочила почти на 80%, и в Копенгагене решили: так дальше нельзя. Решение...

Если смотреть на глобус, Гренландия выглядит как огромный белый кусок ничего. Лёд, тьма, сильный ветер и несколько цветных домиков на краю фьорда. Самый большой остров планеты — 2,2 миллиона квадратных километров — а людей здесь всего около 56 тысяч. В столице, Нууке, живёт так мало жителей, что все они поместятся на одном футбольном стадионе (19 600 чел). Средняя температура здесь ниже, чем почти в любой другой стране мира. Большая часть суши вообще скрыта под трёхкилометровым ледяным щитом. Кажется, что это идеальный кандидат на роль «пустого места» на карте...

Повествование в статье пойдет от лица самолётного туалета, которого ты боишься чуть меньше, чем турбулентность. Однако, его устройство заслуживает уважения и внимания. Мы встречаемся всегда по одному сценарию: ты мужественно выстаиваешь очередь в узком проходе, зажимаешься в крошечной кабинке, торопливо делаешь свои дела… и потом нажимаешь злополучную кнопку. Дальше — мой выход: оглушительный "ШИИИИИУУУУУУП", всё в чаше исчезает, воздух словно вздрагивает, а ты на секунду хватаешься за стенку и думаешь: Со своей точки зрения я могу сказать так: я не портал в бездну и не промышленный пылесос...

Меня зовут Эврика, и я та самая кошка, которая регулярно проводит полевые исследования гравитации предметов, падающих со стола — но категорически отказывается исследовать вашу ванну. Ты, человек, всё время удивляешься: - «Эврика, ты же такая чистюля, почему бы тебе не принять нормальную ванну?» Давай так: я честно расскажу, что именно я чувствую, когда ты даже просто смотришь в сторону ванной. А ты попробуешь хотя бы один раз в жизни посмотреть на воду моими глазами, а не своим душевным и неосведомленным взглядом...

Данная статья будет написана от лица обычной домашней кошки. Иногда мне кажется, что вы, люди, странные. Вы гладите нас часами, целуете в нос, фотографируете, но как только мы в ответ начинаем вас облизывать, вы тут же спрашиваете: «Что это значит?» Позволь, я объясню. Меня зовут… ну, ты же всё равно зовёшь меня «Киса», так что пусть будет так. Я обычная домашняя кошка и прекрасно знаю, зачем мы лижем себя, других кошек, иногда вас и что значат другие наши действия. Подсказка: это не потому что вы грязные или вкусные...

40 лет назад, когда информацию можно было получить только из книг, радио или телевизора. Когда СССР был единым целым. Когда телефоны были только дома и только проводные, а о встрече надо было договариваться заранее и сообщить, что ты опаздываешь из-за пробки, было невозможно (да и пробок не было). И именно в этом мире, в 1986 году происходят несколько научных и технических прорывов и катастроф без которых наша сегодняшняя реальность выглядела бы совсем иначе. В середине 1980‑х космос оставался главным символом будущего...

Эта статья написана от лица реального бобра - первого парашютиста и спасителя своего семейства. Меня зовут Джеронимо, и, возможно, вы видели меня в интернете — точнее, мои прыжки. Я тот самый бобр-испытатель, которого люди снова и снова сбрасывали с неба в ящике с парашютом, чтобы мои сородичи смогли успешно переселиться на новую землю. Если вы думаете, что это звучит странно — поверьте, для бобра это БЕЗУМИЕ. Но давайте по порядку. Я родился обычным речным инженером: строил плотины, укреплял берега, расширял пруды...

За иллюминатором вспыхивает молния, самолёт трясёт, в салоне кто‑то судорожно вжимается в подлокотники. В голове всплывают киношные сцены: грозовые тучи, погасший свет, отказавшая электроника и аварийная посадка посреди океана. Многие представляют грозу в самолете именно так. В реальности гроза — это почти всегда про дискомфорт и задержки, а не про катастрофы. Современные лайнеры крайне редко оказываются внутри самого грозового «котла» по одной простой причине: пилоты и диспетчеры делают всё, чтобы туда вообще не залетать...

Представьте насос, который качает воду на десятки метров вверх… без электричества, без мотора и даже без вращающихся деталей. Его не нужно заправлять, смазывать и включать по утрам. Достаточно один раз правильно поставить его на ручье — и он будет работать годами, пока течёт вода. Звучит как реклама вечного двигателя? На самом деле это старая и честная гидравлика. Устройство называется гидравлический таран. И то, что когда‑то спасало фермеров и пожарных без всякой электросети, сегодня вполне может стать «умным» решением для удалённых домиков, ферм и дач...

У техники есть старая мечта: научиться двигаться в воздухе и воде (а может и земле) так, будто этой среды нет вокруг. Без ревущих потоков воздуха вокруг самолёта и машины, без бешеного нагрева корпуса и гигантских потерь на сопротивление. Фантасты давно придумали для этого антигравитацию, варп‑поля и другие красивые слова. Инженерам приходится работать с тем, что есть: воздухом, водой, электричеством и законами аэро- и гидродинамики. И иногда их решения выглядят не менее безумно, чем фантастика...