Прочитано | Обзоры книг

— Тань, привет… Ты не торопишься? Этот голос я узнала даже если бы он произнес это на каком-нибудь другом языке. Я обернулась. Сделала это медленно, с достоинством женщины, которая только что подписала бумаги о повышении и теперь имеет право на любую степень неторопливости. Он стоял чуть в стороне, такой же серый, как ноябрьское небо, как тротуарная плитка под ногами, как вся моя жизнь до того момента, как я перестала быть неудачницей. Андрей. Бывший Андрей. Тот самый Андрей, который ушел год назад к Наташке, мы с ней работали в одной компании...

Дождь за окном зарядил еще с утра, и теперь весь мир за стеклом превратился в акварельную кляксу. Серую, безрадостную, липнущую к стеклам и нервам. На кухне стоял аромат сырного рулета: витая, тяжелая сладость сливочного сыра и укропа...

Надежда Сергеевна сидела на кухне у своей давней подруги Ирины Львовны и смотрела в одну точку. За окном моросил противный дождь. Этот день идеально подходил к её настроению — такому же серому, тоскливому и безнадёжному. — И что теперь? — спросила Ирина Львовна, пододвигая к ней чашку с только что заваренным чаем. — А что теперь? Теперь ничего. — Эхом отозвалась Надежда.. — Как это ничего? Жизнь-то продолжается. — Для кого продолжается, а для меня... — она махнула рукой и отвернулась к окну. Ирина Львовна смотрела на подругу и видела в ней себя двадцатилетней давности...

Кира выключила компьютер ровно в шесть, как любила делать по пятницам. Рабочая неделя закончилась, впереди были два выходных, которые она и Николай планировали провести за городом — снять домик на турбазе, попариться в баньке, надышаться сосновым воздухом. Мелочь, а приятно. Они с мужем хорошо поработали последний месяц, взяли дополнительные заказы, и теперь можно было позволить себе маленький праздник. Она уже собиралась выходить, когда зазвонил телефон. На экране засветилось «Сестра». Кира вздохнула и взяла трубку, хотя внутренний голос настойчиво советовал этого не делать...

Анатолий Борисович вышел из подъезда и с наслаждением вдохнул утренний воздух. Весна в этом году выдалась на удивление тёплая, солнечная, даже пальто не хотелось застёгивать. Но настроение всё равно было паршивое...

Вера Ивановна любила свою дачу больше всего на свете. Этот небольшой домик и шесть соток достался ей от мамы, а маме — от бабушки. Здесь пахло яблоками, мятой и ванилью. Каждую пятницу после работы она садилась за руль своего новенького автомобиля и отправлялась за город — поливать, полоть, дышать свежим воздухом и… отдыхать. Муж Игорь и сын Артём присоединялись к ней не всегда, а если и появлялись, то только в субботу после обеда: им не хотелось вставать рано, а Вера и не настаивала. В эту пятницу всё пошло не по плану...

Я смотрела на экран монитора, но цифры расплывались перед глазами. Четвертый раз пересчитывала один и тот же столбец — и всё время получалась какая-то ерунда. Начальница, Галина Ивановна, уже два раза заглядывала в кабинет и многозначительно кашляла. Третий раз она зашла уже без стука. — Света, ты в порядке? — спросила она, присаживаясь на край соседнего стола. — Ты уже час на один лист смотришь. Случилось что? Я подняла глаза, попыталась улыбнуться, но вышло плохо. — Всё нормально, Галина Ивановна...

Рада, что вы заглянули на мой канал. Сегодня предлагаю вспомнить классику. Я приготовила для вас кое-что особенное. Уверена, вы, как и я, перечитали этих классиков и их произведения уже не раз, а может, и не два. С годами любимые книги открываются нам совершенно иначе: если в юности мы искали ответы на вопрос «кто во всем виноват?», то сейчас мы все чаще ищем между строк ответ на «что делать?» и как с этим жить дальше...

Зоя Павловна перебирала крупу на кухне, когда зазвонил телефон. Старенький, ещё кнопочный. Она промокнула руки о фартук, подошла к тумбочке и сняла трубку:. — Алло, — сказала она осторожно. — Это Зоя? — голос в трубке был женский, чуть хрипловатый, кого-то очень напоминающий...

Татьяна Ивановна перебирала клубнику на веранде. Ягода в этом году уродилась на славу — крупная, сладкая, душистая. Она работала быстро, почти машинально, а мысли текли медленно и лениво, под стать воскресному утру. За окном стрекотали кузнечики, где-то лаяла собака, а из дома доносился запах оладий — Николай Петрович колдовал у плиты, на правах главного специалиста по завтракам. — Татьяна, готовь стол! — крикнул он из кухни. — Сейчас первая партия поспеет. — Да погоди ты, дай ягоду собрать, пока роса сошла, — отозвалась она...

Наталья поправила сползающую с плеча бретельку купальника и перевернулась на другой бок. Новый шезлонг был очень удобным, тополиный пух падал на траву белыми хлопьями, а в воздухе уже витал запах шашлыка — Сергей жарил его на мангале. Они выбрались на дачу вдвоём впервые за полгода. Сережин отпуск совпал с Наташиным, детей отправили к бабушке в деревню, и целых две недели блаженства были расписаны по часам: книги, баня, речка и никаких будильников. Телефон, лежащий на столике, завибрировал. Наталья глянула на экран — Андрей...

Сегодня хочу рассказать вам о книге, которая заставила меня, взрослого человека, по-детски натянуть одеяло на голову. Речь о дебютном романе Татьяны Мастрюковой «Болотница». Татьяна Мастрюкова признанный автор подросткового фолк-хоррора, исследователь славянской мифологии и создатель собственной вселенной, центром которой стала зловещая Анцыбаловка. Она родилась в читающей семье: отец-журналист писал яркие очерки, мама-филолог работала в библиотеке. Детство она провела в Китае, а подростком часто проводила летние каникулы в российской глубинке...