Мир без шаблонов

Когда бельгиец Томас Вандермеер покупал билет в Санкт‑Петербург, он был уверен в двух вещах. Первое — он едет на три месяца. Второе — он ни за что не привыкнет к русской зиме. Через двенадцать лет он уже спорил с друзьями, что минус пятнадцать — это «вообще-то мягко»...

В тот вечер телефон зазвонил в самый неподходящий момент — как будто у него был встроенный датчик семейного напряжения. — Саша, ты дома? — голос в трубке был бодрый, деловитый и слишком уверенный для человека, который звонит без предупреждения...

— Вы вообще представляете, как мы живём? — голос Кристины дрогнул, но не от волнения, а от раздражения. — Вы в трёшке, с потолками три двадцать, а мы с Димой в ипотеке на двадцать пять лет. Двадцать пять! Это почти срок за особо тяжкое...

В аэропорту Шереметьево у Марка Ларсена было всё под контролем: чемодан на колёсиках, план на десять дней и уверенность человека, который однажды пережил пересадку в Стамбул и теперь считал себя практически бессмертным...

Начало истории На следующее утро Марина проснулась от подозрительной тишины. Это было уже тревожно. В их квартире тишина обычно означала одно из двух: либо Нина Петровна спит (что происходило примерно так же часто, как солнечное затмение), либо она что-то задумала...

Пакет с апельсинами глухо ударился о стену прихожей и, кажется, обиделся — два фрукта укатились под тумбочку, как будто тоже решили сбежать. — Твоя мама контролирует каждый мой вдох, не то что шаг, — сказала Марина, снимая пальто резким движением...

Ольга ненавидела сквозняки. Они, как назло, всегда находили именно её — дули под ворот пальто, под рукава, под настроение. В тот вечер сквозняк ждал её у самой двери. Она захлопнула подъездную дверь плечом и поднялась на третий этаж, считая ступени...

В конце октября, когда в Риге уже начинало пахнуть мокрыми листьями и холодным морем, американец по имени Эдриан Коллинз покупал билет в место, которое в его воображении выглядело примерно как смесь старого советского фильма и мема из интернета...

Когда Елена Кравцова вернулась домой в девять вечера, она сразу поняла: в её комнате происходит что-то подозрительно праздничное. Во-первых, дверь была приоткрыта. Во-вторых, изнутри доносился бодрый голос певицы, которая явно страдала от избыточного автотюна...

Мой старый знакомый Марко Беллини — человек удивительно правильный. Он из Болоньи, работает инженером по промышленному оборудованию, пьёт эспрессо каждые два часа и считает, что цивилизация держится на трёх вещах: хороших дорогах, вкусном кофе и понятных правилах...

Виктор всегда говорил, что деньги — существа пугливые. Если их не держать в узде, они разбегаются, как куры по деревне. Жена его, Лера, раньше даже находила эту философию милой. Мол, человек думает о будущем...

Когда мой знакомый Луи Бернар впервые прилетел в Россию, он был уверен, что готов ко всему. Он посмотрел пару фильмов про Сибирь, прочитал статью в интернете и даже купил «очень теплую» куртку в Париже...