Алекс Кам

Прогулка одиннадцатая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой мы с Милой впервые остались с Тропином и Росалией вдвоём и поняли, что даже мои бездонные карманы — не самое главное, что теперь всегда будет с нами Первая ночь после возвращения тётушки Виры домой запомнилась мне навсегда. Не потому что было страшно или трудно. А потому что я вдруг понял: мы остались совсем одни. Я, Мила и двое маленьких существ, которые смотрели на нас с таким видом, будто мы должны знать, что делать дальше. — Бриль, — сказала Мила, когда мы уложили их в колыбельку...

Прогулка десятая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой мы с Милой наконец-то встретили тех, кого так долго ждали, а я понял, что даже мои бездонные карманы не готовы к такому счастью Тот день я запомню навсегда. Даже если проживу ещё столько же, сколько до этого, — всё равно. Началось всё рано утром. Мила вдруг села на кровати и сказала спокойным голосом: — Бриль, пора. Я открыл глаза и почему-то сразу всё понял. Никаких вопросов, никаких «чего пора». Просто вскочил, натянул штаны, и через минуту уже летел через три холма к тётушке Вире...

Прогулка девятая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой мы с Милой ждали самого главного чуда, а я понял, что некоторые вещи нельзя положить в карман — они сами ложатся в сердце После той новости — той самой, с капустой, лошадками и моим трёхдневным непониманием — жизнь в нашем доме изменилась. Не сразу, не резко, а как-то постепенно, будто река поворачивает. Мила стала... круглеть. Я говорю это с самой большой любовью. Она ходила по дому, напевала колыбельные и иногда вдруг замирала, прислушиваясь к себе...

Прогулка восьмая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой Мила пыталась мне что-то сказать, а я, Генерал Улыбок, опытный путешественник и собиратель чудес, оказался самым непонятливым мерилианцем на свете В то утро я проснулся от странного запаха. Мила уже хлопотала на кухне, и оттуда доносилось что-то необычное. — Ты чего там колдуешь? — спросил я, протирая глаза. — Капусту тушу, — ответила она как ни в чём не бывало. Я заглянул в кастрюлю. Действительно, капуста. Много капусты. — Мы же вроде не собирались неделю сидеть дома? — удивился я...

Прогулка седьмая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой мы с Милой решили, что хватит просто жить вместе — пора делать всё по-настоящему Знаете, есть дни, которые запоминаешь навсегда. Даже если ты прожил уже столько, что я, и мои карманы переполнены воспоминаниями. Тот день начинался обычно. Солнце встало над Чащобами, росинки блестели на листьях, Мила возилась с травами на крыльце. Я сидел рядом, перебирал свои сокровища и думал о том, как мне повезло. — Бриль, — сказала вдруг Мила, не отрываясь от трав...

Прогулка седьмая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой старый друг принёс с собой не только цветы, но и тишину, а Мила впервые увидела, что даже самые сильные иногда просто нуждаются в том, чтобы кто-то посидел рядом Берен появился на закате. Мы с Милой как раз собирались пить чай на крыльце, как вдруг из леса вышел он. Не верхом, не с отрядом — один, пешком, с небольшим мешком за плечами и таким лицом, что я сразу отставил кружку. Мила тоже почувствовала. Она замерла, глядя на высокого воина в походном плаще, на его усталые глаза и руки, которые, казалось, ещё помнили меч...

Прогулка шестая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой мой крылатый друг спустился с небес, Мила впервые увидела того, кто умеет смеяться громче всех, а я в очередной раз убедился, что моя семья становится всё больше Таллен появился не с той стороны, откуда мы ждали. Не с неба, как обычно, а из леса. Шёл пешком, неловко переставляя ноги, крылья волочились по земле, а на лице было такое выражение, будто он совершил подвиг. — Бриль! — закричал он, завидев меня. — Я дошёл! Сам! Без полётов! — Ты чего пешком? — удивился я, выбегая навстречу...

Прогулка пятая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой старый друг навестил нас с Милой и неожиданно для самого себя получил совет, который искал всю дорогу Крепень появился на пороге неожиданно. Просто возник из утреннего тумана — коренастый, бородатый, с огромным ящиком за спиной, который, кажется, был тяжелее его самого. — Бриль! — заревел он так, что с соседнего дуба посыпались листья. — Ты тут? Я три дня шёл! — Тут, тут, — замахал я руками, выскакивая из дома. — Тише ты, Мила спит ещё! Мила уже не спала...

История о том, что даже самые близкие не умеют читать мысли, и почему иногда нужно просто сказать То утро начиналось обычно. Я сидел на крыльце, грел колени на солнышке и смотрел, как Мила возится с травами. Вкусно пахло мятой и ещё чем-то, чему я не знал названия, но очень любил. — Я в лес схожу, — сказал я. — Ненадолго. — Ага, — кивнула Мила, не отрываясь от трав. Я взял корзинку (Мила научила меня, что для росинок нужна корзинка, а не карман) и побрёл в чащу. День был хороший, лес пах сосной и приключениями, и я как-то незаметно забрёл дальше, чем планировал...

Прогулка четвёртая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой Мила задала самый опасный вопрос в мире, а я попытался на него ответить, не наделав глупостей — Бриль, а за что ты меня любишь? Мы сидели на крыльце. Вечер был тёплый, почти летний, хотя по всем приметам давно должна была наступить осень. Мила грела руки о кружку с чаем и смотрела на меня с таким выражением, будто спрашивала что-то совсем простое. Например, не хочет ли я ещё варенья. Я замер. В голове пронеслось всё, чему меня учили старые...

Прогулка третья из цикла «Счастье в Чащобах», в которой мы с Милой попытались вспомнить, с чего всё началось, и вдруг поняли, что видели друг друга совсем по-разному — Бриль, а что тебя во мне сначала привлекло? — спросила Мила, помешивая чай. Вопрос прозвучал неожиданно. Мы сидели на кухне, за окном моросил дождь, и весь мир сузился до размеров этой маленькой комнаты, пахнущей мёдом и сушёными травами. — В смысле — сначала? — переспросил я, отвлекаясь от созерцания дождя. — Ну, в то самое утро. Когда ты впервые меня увидел...

Прогулка вторая из цикла «Счастье в Чащобах», в которой Мила спросила меня о том самом утре, а я вдруг понял, что некоторые воспоминания с годами становятся только ярче — Бриль, а какой я тебе показалась в первый раз? Мы сидели на крыльце, пили вечерний чай и смотрели, как солнце садится за Чащобы. Вопрос застал меня врасплох. Я задумался. Перебрал в памяти сотни встреч, тысячи лиц, десятки лет путешествий... и вдруг понял, что то утро стоит особняком. — Ты хочешь честно? — спросил я. — А как ещё? — улыбнулась Мила...