Екатерина Беляевская

Почему так сложно встретить своего человека? Мы привыкли слышать о том, женщине сложно встретить мужчину. Эта мысль давно стала почти коллективным убеждением. Но чем больше я общаюсь с европейцами — и в личных разговорах, и в профессиональном контексте, — тем отчетливее вижу: сложно всем. И мужчинам — не меньше. Встретить «своего» человека — это не вопрос пола, возраста или географии. ✨Это вопрос внутренней готовности и внешних условий, которые редко совпадают. Сегодня многие живут в парадоксе: ▪️свободы стало больше, ▪️выбора — бесконечно, ▪️а близости — все меньше. Люди встречаются, но не совпадают по темпу. Или совпадают по темпу, но не по глубине. Или хотят и боятся одновременно одного и того же — зависимости, уязвимости, повторения боли. И мужчины, и женщины: ▪️устают от поверхностных связей ▪️боятся быть отвергнутыми ▪️не всегда понимают, чего хотят сами ▪️часто ищут не человека, а ощущение безопасности, признания, значимости. При этом каждый несет в отношения свой прошлый опыт и историю разочарований, потерь, расставаний, незавершенных привязанностей. И эти «невидимые спутники» незримо присутствуют на каждом новом свидании. Поэтому вопрос сегодня звучит не «где найти мужчину или женщину?», а Как два неидеальных, уставших, но живых человека могут встретиться и выдержать реальную близость?❤️

С Новым годом, мои дорогие 🤍 2025 год нас потрепал. Кого-то сильнее, кого-то тише, но равнодушным он, кажется, не оставил никого. Много неопределённости, потерь, внутренних сдвигов, усталости — будто приходилось всё время держаться на плаву. Пусть в новом 2026 году станет спокойнее и устойчивее🤍 Пусть появится ощущение опоры под ногами, ясность вместо хаоса, ритм вместо постоянного напряжения. Пусть будет самое главное — внутренний покой🙏 Тот, который не рушится от новостей, людей и обстоятельств. Пусть будет контакт с собой — умение слышать, чувствовать, останавливаться и выбирать себя без вины. Пусть рядом будут свои люди — не многие, но те, с кем тепло, безопасно и можно быть собой. Пусть в новом году станет меньше «надо» и больше «хочу», меньше борьбы и больше жизни, меньше тащить — и больше проживать и чувствовать. И пусть всё, что по-настоящему ваше, обязательно найдёт вас в более спокойном, устойчивом и тёплом времени ✨ С любовью и благодарностью за то, что вы здесь. С Новым годом 🎄💫

СДВГ у взрослых: диагноз или симптом эпохи? Мы живём в мире многозадачности, дедлайнов и постоянного шума. Сообщения, уведомления, требования «быть эффективным», «успевать больше», «не выпадать». На этом фоне всё чаще взрослые говорят: «Я не могу сосредоточиться», «Мне сложно делать одно дело», «Мне тяжело быть в тишине и просто ничего не делать». ❓И тут возникает вопрос: это СДВГ — или что-то ещё? Важно различать. Есть клиническое СДВГ — нейробиологическая особенность, которая действительно сопровождает человека с детства. А есть состояние, очень похожее на него, но сформированное образом жизни и внутренними психическими процессами. С психоаналитической точки зрения, постоянная рассеянность и гиперактивность у взрослого часто связаны не только с вниманием, но и с тревогой. Тревога не даёт остановиться. Тишина становится невыносимой, потому что в ней появляется контакт с собой, своими чувствами, сомнениями, пустотой. Многозадачность здесь — не про эффективность, а про защиту. Пока я занят всем и сразу, мне не нужно чувствовать. Не нужно сталкиваться с внутренним напряжением, неудовлетворённостью, злостью или страхом «не соответствовать». Сложность с концентрацией внимания нередко говорит о внутреннем конфликте: часть психики хочет замедлиться, другая — гонит вперёд, пугая последствиями остановки. Важно ещё одно. В культуре «вечной занятости» способность быть в покое обесценивается. Ничего не делать — значит быть ленивым, неуспешным, «каким-то не таким». И тогда гиперактивность становится способом подтверждать своё право на существование. Это не значит, что «всё у вас в голове» и диагнозы не существуют. Но прежде чем навешивать ярлык, стоит задать себе вопросы: 🍃Когда мне особенно трудно сосредоточиться? 🍃Что я начинаю чувствовать, если останавливаюсь? 🍃От чего меня защищает эта постоянная занятость? Иногда работа с вниманием — это не про тайм-менеджмент и списки дел, а про встречу с тревогой, с внутренним напряжением и с правом быть в паузе без самобичевания. ❤️И именно это часто становится предметом терапии. Для записи, пиши в тг @katerina_belyaevskaya_coach

Скоро Новый год — и правда, особое время. Время не только подводить итоги, намечать новые цели, но и расставаться. 🧐Мы часто думаем, что держимся за вещи из практичности. Но мы держимся за них из привязанности, привычки, возможно, из страха. Старое пальто, которое «вдруг ещё пригодится». Подарки, в которых давно нет тепла. Отношения, роли, образы себя, которые уже не про нас — но выбросить жалко. ➡️Захламлённое пространство — это не про лень. Это про невозможность отпустить. Про внутреннюю работу горевания: признать, что что-то закончено. Что эта версия жизни, этот этап, эта часть «я» — больше не живы. Когда мы держимся за старое, там действительно нет места новому. Не потому, что новое не приходит, а потому что ему некуда приземлиться. ▫️Освобождая полку в шкафу, мы делаем видимым один важный процесс: я разрешаю себе расставаться и отпускать. ▫️Освобождая место внутри, мы создаём пространство для дыхания, для движения, для будущего, которое ещё не оформлено, но уже возможно. ❤️Новое начинается не тогда, когда мы что-то получаем, а тогда, когда решаемся отпустить то, что больше не живёт.

Эхом из детства… Интересно, что даже наши взрослые страхи, реакции, привычки — всё это начинается не сегодня и далеко не вчера. Их корни почти всегда уходят туда, где мы были самыми беззащитными — в далёкое детство. Мы часто говорим: «Ну почему я так реагирую?» Или: «Откуда этот страх, ведь в моей взрослой жизни ничего страшного не случалось?» Но психика — удивительно точный архив. Она хранит то, что мы не помним, но продолжаем проживать. Например, даже то, как мать держит ребёнка на руках, — не мелочь. Хендлинг - согласно концепции британского психоаналитика и детского психиатра Дональда Винникота, одна из трех важных функций, выполняемых матерью. Держит ли она крепко, надёжно, передавая телом сигнал: «Я рядом, ты в безопасности»? Или её руки дрожат от тревоги, усталости, отсутствия опоры — и тогда физическое ощущение падения запечатлевается в теле ребёнка как базовая небезопасность? Через годы это может появиться в самых неожиданных местах. Например, в аэрофобии: страхе высоты, падения, потери контроля. Самолёт здесь ни при чём — он лишь активирует очень старые чувства, когда тело когда-то не удержали, не дали опоры, не «собрали» ребёнка в руках. Психика всегда реагирует на переживание, чувства, а не на реальность. Или другой пример. Когда мы устаём, перегружаемся, теряем связь с собой — что многие делают? Наполняют ванну. Приглушённый свет. Тепло. Тишина. Музыка, похожая на далёкий материнский ритм или белый шум. Если прислушаться к этому ритуалу, в нём есть что-то глубоко знакомое. Это возвращение в опыт утробы — туда, где было тепло, мягко, спокойно и безопасно. Где можно просто быть, не контролируя, не стараясь, не держа себя собранной. И это не регресс в «плохом» смысле. ➡️Это естественная попытка психики восстановиться, собраться, пережить заново опыт удерживания — тот самый базовый опыт безопасности, который мы затем всю жизнь ищем в людях, отношениях, прикосновениях, пространствах. Понимание этих связей не отменяет взрослой жизни, но даёт невероятно важное: чуть больше мягкости к себе и понимание причинно-следственных связей. И знание, что даже самые странные страхи и привычки — не про слабость, а про историю, которая когда-то была прожита маленьким телом и до сих пор ищет поддержки.❤️

Почему мы иногда выбираем страдать? У французского психоаналитика Жака Лакана — человека, который переосмыслил идеи Фрейда и сделал психоанализ куда более глубоким, по-французски утонченным, символическим и… иногда болезненно точным — есть слово, которое идеально описывает это состояние: jouissance (жюиссанс) - наслаждение в страдании. То самое странное удовольствие-страдание, когда тебе плохо, но внутри есть что-то, что упорно тянет обратно. Мы все хотя бы раз ловили себя на этом: я не хочу этого… но снова туда иду. ➡️В отношения, которые ранят. ➡️В работу, которая выжимает. ➡️В роль, где я всё тащу. ➡️В чувство вины, которое съедает. Почему? Потому что jouissance — это не про «приятно». Это про тягу возвращаться в то, что знакомо, даже если это больно. Психика выбирает не комфорт, а повторение. Там, где мы однажды страдали, часто формируется самый узнаваемый “дом”. Даже если этот дом холодный. Иногда мы остаёмся в страдании не потому, что «не умеем иначе», а потому что внутри есть часть, которая ищет именно этого повторения: ▪️снова заслужить любовь; ▪️снова быть нужной через боль; ▪️снова доказать свою ценность; ▪️снова выдерживать, чтобы быть “хорошей”. Страдание становится больше, чем чувство. Оно превращается в способ быть, где боль и наслаждение переплетены так, что одно без другого теряет смысл. Та самая вторичная выгода - выбирая страдание, я что-то получаю взамен. И важно — это не про сознательный выбор. Это не слабость. Это не мазохизм. Это бессознательная верность собственным ранним историям. Освобождение начинается не с ругани: «Ну почему я опять?!» А с мягкого, честного вопроса: “Что именно в этой боли мне так знакомо? И какое удовольствие там спрятано?” ❤️Иногда одного этого вопроса достаточно, чтобы неизбежность повторения впервые дала трещину.

Знаете, что ещё важно рядом со всеми этими ролями? Понять, что абсолютно нормально испытывать к близким людям очень разные чувства. Даже те, которые мы считаем «запрещёнными». Мы же когда требуем от себя быть идеальной матерью, лучшей женой, самой спокойной партнёркой — что происходит, когда внутри поднимается злость? Мы её мгновенно зажимаем. Отмахиваемся. Делаем вид, что «ничего не случилось». И, самое неприятное, — начинаем нападать на себя: «Я что, ужасная мать?» «Нормальная жена так бы не почувствовала». «Я опять не справилась». А ведь правда в том, что чувствовать злость — нормально. Чувствовать усталость — ок. Иногда ловить себя на мысли, что ты буквально ненавидишь своего «милого» подростка 🙄, который хамит, хлопает дверью и не берёт трубку ночью, — тоже нормально. 📌Это не делает тебя плохой матерью. Это делает тебя живым человеком, который устал, волнуется, переживает и пытается держать весь дом на своих плечах. И злиться на мужа — это тоже в порядке вещей. Даже если он «ничего особо не сделал». ▪️Иногда это про накопленное. ▪️Иногда про твой предел. ▪️Иногда просто про то, что ты тоже имеешь право быть в плохом настроении. ❗️Важно не то, что мы чувствуем. Важно — что мы с этим делаем. Давать место чувствам — это не бить посуду, не орать, не «посадить мужа на ёлку вместо звезды» (хотя фантазия иногда рабочая🤭). Это про другое. Про признать внутри себя: «Да, я сейчас злюсь». «Меня это ранит». «Мне в этот момент тяжело». И дать этому голос — спокойно, по-взрослому: «Когда ты так делаешь, я очень злюсь». «Меня расстраивает, когда…» «Мне важно, чтобы мы…» Если не получилось совладать с собой в моменте, то позже найти в себе силы поговорить, извиниться, и признать свою неправоту или несдержанность в моменте, если имела место быть. ❤️Это не слабость. ❤️Это зрелость. ❤️Это и есть настоящая близость — в которой можно быть собой, а не идеальной картинкой «правильной женщины». Чувства — это не то, что делает нас плохими. Это то, что делает нас настоящими. И чем больше мы позволяем себе их признавать, тем меньше в нас напряжения, вины и внутренней войны — и тем больше живости, искренности и человеческого тепла.

Вчера я подняла тему множества ролей. Довольно часто я слышу на сессиях, что самое тяжёлое — не только количестве этих ролей, а в том, что мы ждём от себя идеального результата в каждой. Мы живём так, будто сдаём бесконечные экзамены. Перед всеми. И перед собой — в первую очередь. Не просто быть матерью — быть лучшей. Не просто быть женой — быть идеальной. На работе — безупречной. В отношениях — мудрой. В доме — хозяйственной. В жизни — устойчивой, красивой, вдохновлённой, спокойной… всегда. Список бесконечный, а сил — ограниченное количество. Как будто где-то есть невидимый наблюдатель, который ставит нам оценки за каждую роль. Утром пытаемся быть заботливыми мамами, на работе — компетентными профессионалами, дома — любящими женщинами, а ночью — ещё и страстными любовницами. А в промежутках не забыть о спорте, внешности и саморазвитии! И всё это «на отлично», потому что именно так будто «правильно» и никак по-другому! А внутри — тишина и усталость. Такая, которую не видно, но чувствуешь всем телом. И это не про лень и не про слабость. Это про то, что ноша действительно неподъёмная. Потому что идеальности не существует. Это красивая, но очень разрушительная фантазия. Мы ведь не роботы — у нас есть эмоции, слабые места, периоды, когда хочется просто быть… а не соответствовать. И в какой-то момент становится очевидно: жизнь не про идеальные роли. Она про живые и настоящие! Про те, где можно ошибаться, уставать, быть не всегда собранной, не всегда мягкой, не всегда сильной. Гораздо ценнее быть «достаточно хорошей», чем бесконечно гнаться за идеалом. Потому что «достаточно хорошая» — это про реальную женщину. Про живую. Про тебя. И как только это принимаешь — плечи становятся легче, дыхание глубже, а мир — чуть дружелюбнее, а краски в нем ярче! Не обязана быть идеальной для кого-то. Будь живой🤍

Знаете, что я часто замечаю? Что мы живём сразу в десяти ролях — и иногда даже не успеваем понять, в какой из них сейчас находимся. Домой приходим — муж/жена. Через минуту — отец/мать. Потом звонок — снова чья-то дочь или сын. И всё это перемешано с ролями друга, сотрудника, любовника… Жизнь как бесконечный театр, где сцены меняются быстрее, чем мы успеваем переодеться. И вот именно здесь и начинается путаница. Когда жена становится для мужа мамой — заботливой, контролирующей, поучающей, предугадывающей всё заранее, потом удивляемся, что интерес куда-то исчезает. Потому что партнёру нужна женщина, а не вторая мама. И когда мама становится сыну подружкой или любовницей🤭— теряется граница, а вместе с ней и авторитет. И ни мама, ни сын не понимают, почему так тяжело вернуться на свои места. Чаще всего за этим стоят очень человеческие вещи: желание быть нужным, страх быть отвергнутым, старая привычка брать на себя лишнее, потому что когда-то это спасало. Как с этим быть? Иногда помогает всего один вопрос: «А кто я сейчас?» Не вообще по жизни. А в этот момент, с этим человеком. Когда начинаешь это замечать — роли сами становятся спокойнее, естественнее. И отношения возвращаются в своё русло: партнёрство — к партнёрству, родительство — к родительству. И появляется то самое чувство, когда ты на своём месте. Возвращается интерес, уважение, желание, лёгкость. Возвращается Я!

Сколько можно терпеть? Когда-то давно для многих, для меня в том числе, терпение стало нормой. И тогда понять было сложно: терпеть — это хорошо или плохо? С одной стороны, это очень сложно и порою эмоционально невыносимо, а с другой, тебя за это хвалят и даже восхищаются! С детства мы слышим «терпи», «будь сильной», «не реагируй», и кажется, что терпение — почти добродетель. Но только позже приходит понимание, что есть разное терпение. И оно бывает совсем не про силу. Есть терпение зрелое — то, которое рождается из внутренней опоры. Когда мы способны выдержать собственные чувства, не разрушиться от напряжения, позволить процессам идти своим путём. Это терпение — про сохранение контакта с собой. Про способность выдерживать дорогу, которая ведёт к изменениям. А есть терпение, которое на самом деле — замороженность. Привычка замирать, не дышать, не чувствовать. Та самая детская адаптация: если я потерплю, то меня не покинут, не разозлятся, не отвергнут. Такое терпение — это не добродетель, а след травмы. Оно съедает годы и стирает границы, превращая человека в того, кто «выдерживает всё», но в этом выдерживании уже давно нет жизни, там только стиснутые зубы, подавленные эмоции и невысказанные чувства. И так важно научиться различать: — где я выдерживаю, потому что это мой сознательный выбор, — а где я терплю, потому что боюсь потерять любовь, одобрение или связь. Психоанализ учит возвращать себе способность чувствовать, а значит — выбирать. И иногда самое важное терпение в жизни — это не терпеть бесконечно, а терпеливо двигаться к себе настоящей.

Боль уходит, когда она услышана и принята до конца. Как много в этом глубины! Мы часто хотим, чтобы боль исчезла сама — от времени, от занятости, от нового опыта. Мы надеемся, что если достаточно долго делать вид, что всё в порядке, то рана затянется. Но психика не живёт по принципу «замести под ковёр». ❗️Всё непрожитое ждёт своего часа, как ребенок, который продолжает тянуть взрослого за руку, пока тот наконец не обернётся и не скажет: “Я тебя вижу”. Боль уходит не тогда, когда мы её игнорируем. И не тогда, когда мы пытаемся «перепрыгнуть» через неё. Она уходит, когда мы даём ей право существовать. Когда мы позволяем себе: ▪️почувствовать, вместо того чтобы подавлять, ▪️назвать словами, вместо того чтобы молчать, ▪️принять, вместо того чтобы бороться с собой, ▪️понять, вместо того чтобы обвинять. В психоаналитическом смысле это и есть путь к исцелению: страдание перестаёт быть немым. Оно получает голос. Оно становится опытом, который можно осмыслить и интегрировать, а не тяжёлым комом, который мы носим годами. Иногда облегчение наступает резко. Иногда — медленно, слоями. Но его движение всегда начинается в тот момент, когда мы останавливаемся и честно спрашиваем себя: “Что со мной происходит?” И впервые — по-настоящему — готовы услышать ответ. И, может быть, это и есть самое большое проявление любви к себе — позволить себе быть живым, чувствующим, уязвимым. И постепенно освобождаться от того, что долгое время лежало немым грузом.❤️

Сегодня день психолога! Поздравляю всех причастных, кто выбирает глубину, чуткость и человеческое в человеке и принимаю поздравления 🎉 И я ловлю себя на простом, но очень тёплом чувстве: я очень счастлива быть в этой профессии. Профессии, где каждый день — это встреча с живым человеческим опытом. Где важно слышать не только слова, но и паузы. Где есть возможность быть рядом, когда человек заново собирает себя, свои смыслы, свои опоры. Быть психологом — это привилегия. Быть свидетелем внутреннего роста другого — ещё большая. И я искренне благодарна каждому, кто доверяет мне свой путь, свои переживания, свои открытия.