«Знаю. Храню. Шепчу»

Глава 5. Охота на охотника До полудня никто не проронил ни слова. После того, что было прочитано в дневнике, обычные человеческие звуки — кашель, шаги, звон чайной ложки — казались неуместными, почти неприличными. Каждый сидел в своей скорлупе стыда, и только железная дисциплина полковника Северова, взявшего командование на себя, не давала дому окончательно погрузиться в хаос...

На лобовом стекле, прилепленная скотчем, плясала в такт дорожной тряске фотография. Две девчонки-погодки, Катя и Настя, в белых фартуках, и жена Ирина — с тем самым взглядом, от которого даже в тысяче километров от дома становилось стыдно за неглаженую рубашку и разогретый на газовой горелке ужин...

Мне было десять, и я ещё не понимала разницы между «нищей» и «убогой». Для меня Лукерья была существом иного порядка. Она появлялась в сумерках, когда тени длинны, а воздух густеет от запаха пыли и остывающей золы...

Эту историю я передаю слово в слово, как услышала от своего знакомого Алексея. Мужик он основательный, не фантазёр, и когда он рассказывал, у самого мурашки по рукам бегали — я видела. «К нам на предприятие приехали специалисты из другого региона, наладчики сложного оборудования. Работали они у нас неделю...

Глава 4. Утро пришло без солнца. Небо над Крестовским островом оставалось затянуто плотной серой пеленой, и в окна особняка сочился не свет, а какая-то разбавленная муть, от которой лица казались старше, а тени под глазами — глубже. Часы в гостиной пробили восемь, потом девять, но никто не сдвинулся с места...

Погасшие свечи вспыхнули вновь, но никто из сидящих за круглым столом не пошевелился. Слова духа — или того, кто говорил вместо духа, — ещё звучали в ушах, и каждый перебирал их, как чётки, пытаясь отыскать в пророчестве щель для спасения...

Глава 2 Когда часы в гостиной, чёрный бронзовый монстр с фигурой Хроноса, отбили восемь ударов, общество наконец собралось в полном составе. Последней, как и ожидалось, впорхнула Ирен. Она вошла, не извиняясь, а царственно роняя мокрый от дождя плащ на руки расторопной Алевтины Карловны. От неё пахло морозной пудрой и чужими духами — видимо, ароматом того самого скандального кутюрье с показа...

Дождь в Петербурге этим вечером взял себе за правило не просто моросить, а вгрызаться в гранит набережных так, словно пытался смыть с лица города все наслоения времени. На Крестовском острове, за глухой...

Часть 1 Моим девочкам, Анне и Анастасии, — первым, кто поверил, что коридоры подсознания существуют. Спасибо, что укрывали не только ноги, но и мою неуверенность. Эта история началась с вашего «Мам, а давай попробуем ещё раз». Никто не расскажет вам на курсах регрессологов, что в прошлом всегда холодно...

Люблю притчи, в сказке спрятанная мудрость. Притча о двух списках Десять заповедей и семь смертных грехов. Грехи и заповеди строги. А мудрость открывается именно в их связке. По отдельности они — как берега без реки...

Вчера три фуры увезли наших коровушек. До слез. Я не осталась на отгрузку, что бы видеть, как их, сбившихся в кучу, непривычных к этим железным гулким сходням, заводят в кузов. Наши кормилицы. И такая вина перед ними навалилась — не продохнуть...

Здание старого райотдела милиции стояло на пригорке, вросшее в землю ещё купеческими подвалами. Стены здесь были толщиной в сажень, а лестница на второй этаж — дубовая, с выбитыми за сто лет ступенями...