NEdesign - рисование и обучение детей | разборы картин

Я давно хотела поэкспериментировать с классикой и современными визуальными стилями. В этот раз я взяла картины Сальвадора Дали и переосмыслила их с помощью нейросети в эстетике аниме 80-х годов — мягкие цвета, чуть наивная графика, мечтательное настроение и ощущение сна, знакомое по старым японским фильмам и сериалам. Сюрреализм Дали удивительно органично вписался в эту стилистику — будто она всегда была где-то рядом. «Постоянство памяти» Плавящиеся часы превратились в тихий, меланхоличный кадр о времени, которое здесь не пугает, а просто медленно ускользает...

На холсте нет центра, нет начала и конца, нет фигуры, за которую можно зацепиться взглядом. Краска сплетена в плотную, тревожную сеть — будто перед вами спутанные провода, нервные импульсы, следы движения, которые невозможно распутать. Жёлтые, чёрные, серые, охристые линии пересекаются, накладываются, конфликтуют. В этом хаосе нет случайности — но и привычного порядка тоже нет. Поллок писал «Номер 5» не кистью. Он двигался вокруг холста, разливал, разбрызгивал, швырял краску. Картина лежала на полу — художник буквально входил в неё телом...

На первый взгляд — это фантастическая, почти абсурдная сцена: обнажённая женщина парит над холодной каменной плитой, не касаясь её, словно сон ещё держит тело в невесомости. Над ней, в невозможном пространстве, нависают два тигра с оскаленными пастями, выпрыгивающие из разорванного граната, за которым следует рыба — первоисточник всей этой цепочки образов. Над хищниками, как кульминация тревоги, возвышается слон на паучьих ногах, несущий на спине хрупкий архитектурный груз. Всё это направлено к телу...

Это не «красивая роза» и не романтический жест. У Дали она выглядит слишком большой, слишком идеальной и слишком реальной, чтобы быть просто цветком. Она сразу притягивает взгляд и будто вытесняет всё остальное — пейзаж, небо, даже ощущение времени. Кажется, что мир под ней остановился, замолчал и ждёт. Внизу, почти теряясь на фоне пустоты, стоят две крошечные человеческие фигуры. Их легко не заметить, но именно они делают картину тревожной. На их фоне роза кажется не просто огромной — она становится чем-то недосягаемым, почти пугающим...

Картина Сальвадора Дали «Слоны» выглядит обманчиво простой, но чем дольше на неё смотришь, тем сильнее она затягивает. На пустынном, почти безжизненном фоне возвышаются слоны — величественные, мощные существа, но их тела держатся на невероятно тонких, длинных ногах, похожих на хрупкие подпорки. В этом и кроется главный парадокс: сила здесь лишена устойчивости. Слоны у Дали — символ власти, памяти, имперского могущества (он сознательно отсылает к образу слонов Бернини с обелисками на спине), но вытянутые...

Если представить, что «Звёздная ночь» Ван Гога существует не в одном экземпляре, а проживает несколько жизней, каждая из них рассказывала бы свою историю. Я попросила нейросеть показать мне варианты этой картины в разных художественных стилях. В реализме это была бы тихая ночная деревня с холодным небом и настоящим светом звёзд — без вихрей и надрыва, просто ночь, в которой можно дышать и смотреть вверх. Картина стала бы наблюдением, а не криком. В абстракционизме «Звёздная ночь» превратилась бы в поток эмоций: ритмы, пятна, движения...

Картину Сальвадора Дали «Постоянство памяти» знают почти все. Даже те, кто далёк от искусства, узнают эти мягкие, будто расплавленные часы. Их печатают на футболках, плакатах и обложках, но при этом редко задумываются: а что вообще хотел сказать Дали? На первый взгляд кажется, что это просто сюрреалистическая фантазия. Странный пейзаж, пустыня, часы, которые ведут себя неправильно. Но у этой картины есть куда более личный и тревожный подтекст. Первое, что бросается в глаза, — время здесь не работает...

Эту картину часто называют последней работой Ван Гога. Историки до сих пор спорят, так ли это, но ощущение финала в ней чувствуется почти физически. «Пшеничное поле с воронами» — одна из тех работ, на которые трудно смотреть долго. Не потому что она агрессивная, а потому что она слишком честная. На картине — поле. Яркое, живое, почти ослепительное жёлтое. Казалось бы, символ жизни, урожая, движения вперёд. Но через это поле проходят дороги — и ни одна из них не ведёт к дому или человеку. Они обрываются, теряются, не обещают выхода...

Когда вспоминают последние работы Ван Гога, чаще всего называют «Пшеничное поле с воронами». Её удобно считать прощанием, криком, предчувствием конца. Но рядом с ней есть другая картина. Намного спокойнее. И, честно, намного тревожнее. Она называется «Белый дом ночью». И о ней почему-то вспоминают редко. Небольшой дом. Белый, почти светящийся в темноте. Вокруг — ночь, глубокий синий цвет. Дорога, уходящая в сторону. И где-то сбоку — человеческая фигура, настолько маленькая, что её легко не заметить...

Винсент ван Гог родился в 1853 году в небольшой деревне в Нидерландах. В семье пастора. Строгой, холодной, очень религиозной. За год до его рождения у родителей умер сын — тоже Винсент. И каждый год маленький Ван Гог ходил на кладбище к могиле с собственным именем. Этот факт часто пропускают. А зря. Это многих удивляет. До 27 лет Ван Гог: Его считали странным, слишком резким, слишком чувствительным. Он хотел делать добро, но делал это неуклюже — и постоянно терпел неудачи. Только после очередного провала он решил: «Я буду рисовать»...

Почти каждый родитель хоть раз говорил: — «Ну, у него просто нет таланта». Иногда — с грустью. Иногда — с облегчением. Иногда — как приговор. А дети в этот момент обычно молчат. Но делают выводы. Я работаю с детьми 5 лет. И чем дольше работаю, тем чаще ловлю себя на мысли: слово “талант” мы используем не по назначению. Фраза «у него нет таланта» звучит спокойно. Будто всё логично и понятно. Но на самом деле она означает: Талант становится удобной кнопкой «стоп». Взрослые думают, что говорят про способности...

(и почему дети перестают рисовать уже к 10–12 годам) Очень часто родители говорят одну и ту же фразу: — «Он раньше так любил рисовать… а сейчас вообще не хочет». И дети говорят похожее. Только между собой. — «Я не умею». — «У меня всё равно хуже». Я работаю учителем рисунка и дизайна в частной школе. И каждый год вижу одно и то же. Нет, дети не стали ленивее. И нет, «поколение не то». Проблема в том, как в обычной школе выглядят уроки ИЗО. Формально урок ИЗО — это фантазия, свобода, самовыражение...