Рассказы жены

Эту квартиру мне оставила бабушка Рая. Не родителям, не двоюродным, а именно мне – единственной, кто в детстве не ныл от скуки у неё в гостях, а часами сидел на полу у старого проигрывателя и слушал пластинки. Их у бабушки была целая стена. Виниловые, в потёртых разноцветных конвертах, она собирала их всю жизнь – с молодости, когда за хорошей записью гонялись, переплачивали, доставали по знакомству. Бабушка протирала каждую бархоткой, знала на память, что на какой стороне, и, ставя иголку, всегда замирала на секунду, будто здоровалась со старым другом...

Телефон звякнул в половине третьего, когда я разбирала рабочую почту. Новый комментарий под моим фото с дачи: «Сразу видно, кто в доме хозяйка. Бедный мальчик, и угораздило же его». Подписано: Зоя Незабудкина, профиль с фотографией ромашкового поля вместо лица. Я смотрела на эти строчки и не понимала, кто такая Зоя. В друзьях у меня её не было. Я открыла страницу. Заведена этой весной, друзей одиннадцать человек, все из города. Записей нет, только репосты чужих снимков. И комментарии. Под моими. Сначала я даже не придала значения...

В пятницу муж объявил, что в субботу мы уезжаем туда, где почти нет связи. Я тогда подумала, что хуже идеи он не придумывал. Я ошиблась только в одном: не он эту идею придумал, а беда, которая уже сидела в нашем доме и которой связь была нужнее, чем нам всем вместе взятым. Тарас вернулся с работы воодушевлённый, как мальчишка. Где-то вычитал, что семьи, которые уезжают на выходные в глушь и оставляют телефоны, потом «начинают слышать друг друга». Я как раз изучала меню на понедельник, у меня была подготовка к большому заказу, и слушала вполуха...

Коробка была перевязана атласной лентой цвета спелой вишни, и Эльвира Романовна вынесла её к столу на вытянутых руках, как выносят торт со свечами. – А это нашей Жанночке, – пропела она. – Особенный подарок. От чистого сердца. За столом сидели гости. Брат Семёна с женой, две соседки свекрови, её давняя подруга по универмагу. Все повернулись ко мне. День рождения у нас был у Сени, мы собрались на его пятьдесят без малого, но коробку почему-то вручали мне. Я вытерла губы салфеткой и приняла свёрток...

– Тебе бы, Наташ, поторопиться. Раиса-то твоя уже невесту Косте присмотрела. Эльвира сказала это легко, между делом, перекладывая в руках пакет с творогом, будто речь шла о погоде. Наталья стояла с почтовой сумкой на плече, у третьего подъезда, и сначала просто не поняла, о чём она. – Какую невесту, – сказала она. – Костя женат. На мне. – Ну вот и я говорю, – Эльвира поджала губы и оглянулась по сторонам, как делают, когда хотят, чтобы их непременно расслышали. – А Власьевна по всему двору ходит, нахваливает...