Скит Спаса Нерукотворного

В современном мире, где множество религиозных и духовных течений сосуществуют бок о бок, нередко возникает вопрос: как отличить искреннюю веру от поверхностного или даже вымученного духовного поиска? Особенно это заметно, когда сталкиваешься с разными направлениями, например, с родноверием — современным возрождением древнеславянских верований. Недавно я наткнулся на одного родновера, у которого пока всего 17 подписчиков, но, судя по активности, их число скоро вырастет. Его публикации вызвали у меня удивление, а комментарии — ещё больше...

Бывает так: человек искренне ищет Бога. Он приходит в храм с надеждой, с жаждой смысла, с желанием очиститься и стать лучше. Но вместо тепла и братства наталкивается на холод, вместо духовного руководства — на властность, вместо тишины молитвы — на шум человеческих амбиций. Разочарование приходит не потому, что вера плоха, а потому, что форма, в которую её заключили, искажена. И вот тут открывается дверь, через которую легко шагнуть, не заметив подвоха. Человек слышит: «А зачем тебе посредники? Вернись к корням, к родной земле, к предкам, к солнцу»...

Вступление: вера, которую спрятали Двадцать веков христианства. Тысячи храмов. Миллионы крещёных. И — почти полное забвение того, что Христос принёс. Не ослабление веры, не упадок нравов — а подмена. Тихая, постепенная, совершённая в три‑четыре века, закреплённая на тысячелетия. Подмена, после которой осталось имя — «христианство» — но не осталось того, что Христос заповедал. Эта статья — не реформа. Не призыв к расколу. Не полемика ради полемики. Это попытка назвать то, что было скрыто, — и вернуть то, что было дано...

ЧАСТЬ I МОЛИТВА ПОКАЯНИЯ за участие в жреческом совершении Евхаристии Молитва читается единовременно, при переходе от жреческой модели Евхаристии к благодарственной. Она не входит в чин богослужения и не повторяется. Текст молитвы (церковнославянский язык, с ударениями) Го́споди, Ису́се Христе́, Сы́не Бо́жий, поми́луй мя гре́шнаго. Испове́даю пред Тобо́ю, Го́споди, я́ко согреши́х: приноша́х Тя, я́ко же́ртву закала́емую на престо́ле, егда́ Ты Са́м Себя́ принесе́ одина́жды на Кресте́ за спасе́ние ми́ра...