Рассказы Людмилы Лыновской

Денис второй час крутился в постели и не мог заснуть. Вместо того, чтобы радоваться назначению на должность руководителя отдела, которая сулила ему более высокую заработную плату и более завидное положение в компании, он уже неделю, с того дня, как начальник сообщил о повышении, пребывал в тяжелом расположении духа. Дело в том, что Денис был классным специалистом, но совершенно не умел общаться с людьми. В коллективе у него не было ни друзей, ни приятелей, с которыми можно было бы поболтать на перерыве, поделиться очередными сплетнями, или напиться в пятницу в клубе...

Море ласкало горячий песок, делая его влажным и податливым, из него можно было строить песчаные замки, но ненадолго. Капризные волны постепенно подмывали их стены, разрушали, превращая в бесформенную массу, а потом и вовсе на берегу не оставалось и следа. Назар и Костя сидели на открытой веранде кафе «Морской бриз» и пили вино. Они были знакомы со школьной скамьи, но не виделись уже много лет. Жизнь распорядилась так, что расстались они врагами, но время сгладило обиды, и теперь они словно заново узнавали друг друга...

Дарья шла пешком по проселочной дороге к автотрассе, нещадно ругая Толика и саму себя. - Надо же какой козел! – говорила она вслух, не в силах сдержать обиду. – И это перед самой свадьбой, если он сейчас так себя ведет, то что будет, когда мы поженимся?! Ясно же, как Божий день, ему плевать на меня. Привез к своей матери в эту глушь, а сам ушел на пятнадцать минут друга проведать, да задержался на три часа, потом явился пьяный и заснул. Супер! Мы уже с будущей свекровью всю посуду перемыли и поговорили обо всем, и кроликов покормили, и яблок в саду набрали, а он все спит...

После смерти жены Зои Михаил пытался найти новую спутницу жизни, с которой он смог бы ощутить новые эмоции и чувства и отодвинуть неумолимо приближающуюся старость. Нельзя сказать, что Миша не переживал и не оплакивал уход супруги. Он устроил пышные похороны, справил поминки на девять, сорок дней и год. Поставил дорогой памятник, нанял человека, чтобы ухаживал за захоронением, поскольку у самого не всегда хватало здоровья приехать на кладбище. Целый год Михаил держал траур, надевал черную рубашку, ходил печальный и при виде соседей, глубоко вздыхал, а в глазах его появлялись слезы...