Радио "Планета"

Не получилось. И тут Старушка впервые за последние лет двести позволила себе слегка поворчать на собственную память. Совсем чуть-чуть. Исключительно из принципа. Она уже собралась идти дальше, но неожиданно услышала ещё несколько нот. Откуда-то из соседнего двора. Потом ещё. И ещё. Будто старые дома решили сообща помочь своей Хозяйке вспомнить мелодию, которую все эти годы бережно держали в своих стенах. — Спасибо, — улыбнулась она. И пошла дальше чуть медленнее. Потому что знала: некоторые мелодии не исчезают. Они просто ждут. Ждут того самого человека, который однажды снова захочет их услышать...

не считали нужным об этом распространяться. Самое интересное — коты никогда ничего не отрицали. Они лишь медленно моргали, смотрели на человека и всем своим видом сообщали: "Ты слишком поздно догадался задать правильный вопрос". Впрочем… некоторые коты действительно знают гораздо больше остальных. А ещё — ангелы. Но это уже совсем другая история. И кажется, Старушка Рига уже улыбается ей где-то там, между крышами, башнями и августовским небом. Потому что у города, который прожил столько лет и всё ещё умеет удивляться, в запасе наверняка осталось ещё немало воспоминаний. И, если Рига сегодня снова кому-нибудь улыбнётся, не удивляйтесь...

Капучинос задумчиво посмотрел куда-то вдаль. Будто за окном на мгновение снова появились старые витрины, цветочные киоски и знакомые силуэты. — Когда-то здесь пахло кофе... Он говорил почти шёпотом. — Тем самым рижским кофе. Который почему-то всегда был чуть крепче, чем требовалось организму... Он улыбнулся. — ...но ровно настолько слабее, чем требовала душа. Бешамель даже перестал тянуться за эклером. — Это очень красиво. Капучинос пожал плечами. — Это просто правда. Его взгляд снова остановился на окне.: — Эклеры... Булочки с корицей... Цветы у "Сакты"... Люди, которые заходили на пять минут...

Если люди всё ещё помнят... Если спустя годы они могут закрыть глаза и снова почувствовать аромат кофе, услышать шум улицы, разговор у окна... Значит, они никуда не исчезли. Они просто переселились в память. А память, как известно, иногда оказывается самым надёжным адресом в городе.