МУДРОСТЬ В СЛОВАХ

Нынешнее лето, благодатное на жаркое солнышко и обильный дождичек, разукрасило лесные поляны и опушки яркими цветами, душистыми травами, сочными ягодами. Столько клубники давно не было в нашем бору! Мы каждый день рвем ее, делаем запасы, а заодно и отдыхаем. С вечера договариваемся, в какую сторону пойдем поутру. Дети предлагают: "А давайте сходим на бабушкин покос!" С этим и легли спать. А мне не спится... В памяти воскресают картины недавнего прошлого.                  Как-то мама попросила меня: "Таня, помоги мне завтра, довези до леса косу и воду на велосипеде, а то папка что-то приболел...

В раннем детстве я часто гостила у дедушки с бабушкой в далёкой глубинке. Деревня образовалась в начале двадцатого века, во времена столыпинской реформы, посреди великолепной нехоженой  тайги. Стараниями переселенцев, в числе которых был и мой прадед, деревенька вышла замечательная: с широкими, как городские проспекты, улицами, просторными усадьбами, высокими добротными домами. К концу шестидесятых деревня значительно разрослась и расцвела.  Крепкий, рубленный из лиственницы, в семь окон дедовский дом располагался на высоком холме, неподалёку от спуска к реке...

Купрей, сын Пахома Васильича, задумал жениться. Пришел с вечерки, да и заявил, мол, так и так, засылай, батька, сватов к Василисе Платоновне. Уж больно дочка ее, Любушка, мне по сердцу. Пахом Васильич пожурил сынка за любовь спорую, а противиться не стал, уж больно Любушка Василискина по душе была. И то, девица статная, вся в мать молодую - к работе лютая, да и в гулянье на виду. Платоновна и теперь баба справная, хоть седьмой годок вдовствует. Хозяйство крепко держит, не хуже мужика. И дети у нее работящие подросли...

Про неё нельзя было сказать, что она была нищенкой без роду, без племени. Вся её семья – сын с невесткой, восемь их детей, её внуков – жили здесь же, в нашей деревне Кувай. Многие деревенские женщины остались после войны без мужей, сложивших свои головы в боях с фашистами. У каждой по трое, четверо, а то и пятеро детей остались без отцов. А этой семье повезло. Сын её вернулся с фронта на вид целым и не вредимым. Когда уходил воевать, в семье было пятеро детей. А вернулся, еще трое пацанов появились на свет...

— Сколько, сколько? — переспросила бабушка. Вернее, прабабушка, но кто будет тратить время на это ненужное «пра». Бабушка, бабуля, ба, там мы все называли ее. И дети и внуки и правнуки. Я больно ущипнул Ленку за пухлый зад. Она взвизгнула, вслед за ней Тимка — любимец, обожаемое чадушко — йоркширский терьер, только что из собачьей парикмахерской. — Не пугай бабулю ценами, — прошипел я подруге. То, что для нас естественно и не так уж и дорого, для бабули шок и целое состояние. — А шерсть вам отдали?...