Удивительно, как разнится взгляд на текст спустя годы. "Тёмную Башню" Кинга – конкретно первую трилогию цикла, я, помню, читала в 2017, то есть 7 лет назад. И тогда сам текст – именно стиль, не произвёл на меня особого впечатления. Ну, есть и есть. Концентрировалась я на сюжете. В общем, я всегда знала, что пишет Кинг выше среднего, что его тексты не "палка и палка" – и тем страннее, когда его называют "типичным представителем янг-эдалта". Возможно, люди очень слабо представляют, что такое ЯЭ – да и слава богу. Но прямо КРАСОТЫ слога, за которую хочется зацепиться, которую хочется унести к себе, я у него не видела. Возможно, потому что сама тогда не писала и у меня не было именно профессионального желания напитываться через тексты других, чтобы растить свой скилл. И ВОТ Я ОТКРЫЛА ТБ НЕДАВНО. Прочла меньше 50 страниц – и просто поражена! Невероятно живые и смешные диалоги, глубокие мысли между строк, атмосфера такая, что, кажется, я на своей кухне нахожусь не столь реально, как в пустыне в первых главах романа. Столько деталей всех уровней – от земли, одежды, лиц аборигенов, звуков ветра, сколов на тарелках... Невероятное погружение! Захотелось поделиться несколькими классными выдержками из текста: 1) Прикрепленные к поясу крепкой веревкой из сыромятной кожи, кобуры покачивались при ходьбе, тяжело ударяя по бедрам. В этих местах синяя краска на джинсах стерлась (а ткань истончилась), и получились две светлые дуги, почти похожие на две улыбки. 2) Вот странно: человек вырастает и забывает про детство с его ритуалами и ребяческими заклинаниями – многое теряется по дороге, но кое-что все-таки остается, накрепко застревает в мозгах, вцепляется в тебя мертвой хваткой, и ты несешь этот груз всю жизнь, и с каждым годом он все тяжелее и тяжелее. 3) Костер горел медленным, ровным пламенем, и фантомы плясали в его раскаленной сердцевине. Стрелок их не видел. Он спал. Два узора, плоды искусства и ремесла, слились воедино. Ветер стонал, словно ведьма, чье нутро разъедает рак. Его капризные порывы то и дело подхватывали дурманящий дым и, кружась, овевали стрелка. Так что он все же вдыхал дурман. И дурман творил сны, как едва уловимое раздражение творит жемчужину в устричной раковине. Иной раз стрелок стонал вместе с ветром. Но звезды были равнодушны к его тяжким стонам, как они равнодушны к войнам, распятиям и воскресениям. И в этом тоже была своя горькая привлекательность. 4) При звуке своего имени ворон еще раз каркнул и слетел с крыши прямо на голову Брауну, где и устроился, вцепившись обеими лапами в спутанную шевелюру. – Драть тебя во все дыры, – отчетливо прокаркал ворон. – И тебя, и кобылу твою. Стрелок дружелюбно кивнул. – Бобы, бобы, нет музыкальней еды, – вдохновенно продекламировал ворон, польщенный вниманием, – чем больше сожрешь, тем звончей перданешь. – Это ты его учишь? – Сдается мне, ничего больше он знать не хочет, – отозвался Браун. – Я как-то пытался его научить "Отче наш". – Он обвел взглядом безликую твердь пустыни. – Но, сдается мне, Отче наш – не для этого края. 5) Бобы были как пули, кукуруза – не мягче. Снаружи выл ветер, обдувая покатую крышу, свисающую до земли. Стрелок ел быстро и жадно, запивая еду водой. Он выпил целых четыре чашки. Он еще не доел, как вдруг раздался стук в дверь, словно кто-то строчил из пулемета. (Здесь давайте обратим внимание на то, что такие сравнения явно выбраны не просто так. Главный герой – Стрелок. Следовательно, образы, связанные с пулями, стрельбой и т.д. – отражение его взгляда на жизнь) 6) Солнце зашло час назад, но стрелок продолжал идти, ориентируясь поначалу на отблески городских огней в небе, а потом – на неестественно чистые звуки кабацкого пианино, на котором играли «Эй, Джуд». Дорога заметно расширилась, как река, вбирающая в себя притоки. Я бы покопировала цитат ещё, но так как Дзен напоминает, что у постов есть ограничение по знакам – остановлюсь. Суть в том, что иногда полезно перечитывать уже знакомые книги: с новым багажом можно взглянуть на них по новому. И теперь я точно знаю, что Кинг не просто Мастер Ужасов – он ещё и очень крутой стилист.
1 год назад